Но от этих инициатив хоть не так разит ханжеством. Почему, о господа депутаты, голосовать за вас можно с восемнадцати лет, а купить бутылку пива вы разрешите только в двадцать один год? А потому, отвечают депутаты, что только к этому возрасту человек полностью формируется. Значит, жениться не полностью сформировавшемуся юноше — можно, идти в армию, то есть в случае войны убивать и умирать, — даже должно, а стакан пива — нельзя? Не странная ли у вас получается сформированность ? Отстаньте, говорят нам, вы безнравственны.

Примечательно, что высоконравственные речи удачно вступают в симбиоз с лоббизмом. На всякий случай оговорюсь: я знаю, что и пивом люди спиваются; это бесспорно. Но ханжеские речи о пивном алкоголизме позволили нашему законодателю напринимать нормативных актов, в результате действия которых доля водки в суммарном потребления алкоголя росла, а доля пива — падала. То есть алкогольная ситуация в стране объективно ухудшалась, и притом весьма заметно. Я не утверждаю, что противопивные тирады прямо спонсировались водочниками: теоретически возможно, что эти речи произносились и бесплатно, но разницы это не делает никакой. Процесс работы законодателя в пользу водочного лобби продолжается и сейчас — следите за новостями.

Подобное ханжество проявляется не только с алкоголем. Вот в Госдуму внесён законопроект, запрещающий проведение бесплатных абортов без медицинских показаний. Инициаторы проекта, депутаты Самарской области, пишут, что возможность проведения аборта за бюджетные деньги «не одобряется обществом»; что существование бесплатных абортов «оскорбляет религиозные чувства сотрудников страховых компаний» — и так далее. Это ведь точно то же самое. Понятно, что аборты суть страшное зло, но столь же понятно и другое — к каким последствиям приведёт предлагаемая мера. Для взрослых и обеспеченных женщин не изменится практически ничего, а невзрослые и неимущие обрекутся на криминальные аборты. Давно у вас школьницы в себя вязальными спицами не тыкали? Отчасти авторов проекта извиняет то, что запрет абортов в нашей стране был отменён шестьдесят лет назад, сразу после смерти Сталина, и люди уже плохо помнят, как такой запрет выглядит на практике, но можно бы всё-таки и самим сообразить.

Взрослый человек не может думать: сделаю-ка я зло незаконным и оно исчезнет. Потому что взрослый человек должен понимать: если бы такое простое решение было возможно, его бы уже наверняка приняли — вероятно, много столетий назад. Принимать закон, обязывающий широкие круги грешников немедленно стать ангелами, всегда значит тешить (и плодить) бесов. Прозаичнее говоря, лекарство оказывается хуже болезни.

Наталья Литвинова

Низкое качество лакокрасочных изделий в нашей стране мешает развиваться отрасли. Учредители недавно созданной Ассоциации качества краски хотят выработать новые стандарты для отрасли и научить разбираться в них потребителей

В рознице разница в стоимости краски сопоставимого качества может быть шестикратной

Фото: ИТАР-ТАСС

Каждую весну во дворе нашего дома, да и во всех близлежащих начинается настоящая «газовая атака»: дворники красят детские площадки, заборчики, скамейки, бордюры и все остальное. Вся эта свежеокрашенная «красота» очень долго и неприятно пахнет, еще дольше сохнет, иногда не сохнет вовсе, продолжая пачкать одежду до конца лета, а уже следующей весной краска коробится, опадает хлопьями — и все начинается сначала. Производители лакокрасочных материалов (ЛКМ) говорят, что ситуация вполне типична и легко объяснима: объем некачественной краски («гаражной», на сленге участников рынка) в декоративном сегменте достигает, по разным оценкам, от трети до половины рынка. А часть производителей уверена, что до 80% продукта грешит несоответствием между составом, задекларированным на этикетке, и содержимым банки. На одной из последних профессиональных конференций был поднят даже вопрос о том, что, возможно, скоро придется вводить понятие «лакокрасочный продукт» по аналогии с «творожным» или «сырным продуктом». Пять крупных компаний — производителей декоративной краски на российском рынке («Ярославские краски», Tikkurila, DuPont, AkzoNobel, Dow) объявили о создании Ассоциации качества краски. Ее цель — объединить всех ведущих производителей, придерживающихся мировых стандартов качества, и научить покупателей ориентироваться в существующих продуктах, делать выбор осознанно, не ожидая от банки за 40 рублей «экологической безопасности», «уникальных свойств» и «идеального покрытия». Также в новой ассоциации надеются оказывать влияние на технические стандарты, принимаемые в отрасли, в частности на формирование техрегламента Таможенного союза.

Нести культуру в массы

Сегодня в нашей стране производится 1,4 млн тонн краски в год. Порядка 600 тыс. тонн из них — это индустриальные покрытия для нужд различных отраслей промышленности (автомобильная краска, порошковая для металлических поверхностей, наливные полы и т. п.). Остальное — сегмент декоративных покрытий для строительства и ремонта. Именно здесь и возникают основные проблемы с качеством. «В индустриальном сегменте заказчик контролирует поступающий продукт, обманывать его никто не будет, чтобы не терять контракт, а вот в потребительском сегменте никакого контроля практически не существует, — рассказывает Николай Яковлев , директор компании “Ярославские краски”. — Невозможно даже точно подсчитать, сколько производителей работает сегодня на рынке, — по разным оценкам, от 650 до 1200 компаний. Они постоянно закрываются, открываются новые, “бодяжат” краску из чего придется — в качестве сырья используют нефтехимические суррогаты или, к примеру, ракетное топливо вместо растворителей, в качестве пигмента — токсичные соединения вроде хроматов свинца. Могут добавить совсем немного хорошего материала, чтобы было что написать на этикетке, остальное сырье — самое низкосортное, часто не соответствующее даже нормам безопасности».

Основная причина существования таких товаров — существующий спрос на дешевые товары, обусловленный низкой покупательной способностью населения. Если, приобретая дешевые продовольственные товары, покупатели, в общем, отдают себе отчет в том, что покупают продукты с заменителями, то, отправляясь в магазин за ЛКМ, никто не понимает, что значит качество. Розница идет навстречу спросу и всячески давит на производителей, прямо заявляя: «Наш потребитель не понимает, что такое качество, ему все равно». Так, в одном из крупнейших сетевых магазинов строительных товаров продается эмаль ПФ 115 (очень старый, популярный в народе классический продукт, выпускавшийся советской промышленностью еще 50 лет назад) за 38 рублей. Между тем, по словам Сергея Ермилова , руководителя ассоциации «Центрлак», даже сырьевая база для этого продукта сегодня стоит 32–35 рублей. А если к этому прибавить производственные расходы, упаковку, зарплату работникам предприятия, налоги, логистику, маржу производителя, дилера и розницы, то реальная цена товара никак не может быть ниже 60 рублей. «Впрочем, — добавляет Ермилов, — я знаю некоторых производителей, у кого сырьевая база по этой эмали составляет всего 18 рублей, — понятно, что это будет совсем другой продукт, он, например, никогда не продержится на поверхности заявленные три-четыре года, а облезет уже через год, да и прочие потребительские свойства будут другими».

Ничего этого обычный покупатель не знает, на этикетке он видит правильные слова, свойства продукта расписаны наилучшим образом. Да и высокая цена отнюдь не всегда служит подтверждением настоящего качества: один из зарубежных производителей краски как-то провел исследование продуктов, присутствующих на рынке, и выявил, что разные товары сравнимого качества могут различаться в цене шестикратно!

В итоге покупатель, несколько раз нарвавшийся на товар, не соответствующий его ожиданиям, вообще утрачивает веру в эту категорию и переходит на другие типы покрытий — на пол стелет линолеум, стены обивает пластиком и так далее. «Потенциально категория ЛКМ имеет очень высокие перспективы роста, — уверен Николай Яковлев, — даже в советское время мы потребляли краски на душу населения больше, чем сейчас, а в европейских странах, к примеру, уровень потребления на душу населения в два-три раза выше, чем наши пять литров. Но, несмотря на это, категория почти не растет. Пусть сейчас это связано с общей не самой благоприятной экономической ситуацией, но мы рискуем и в момент подъема упустить все шансы, поскольку на рынке доминирует товар отвратительного качества, вызывающий разочарование потребителей».