Три дня лихорадочной работы, и подпольная армия стала похожа на новорожденного великана, который, стряхнув с себя прах, неуклюже выпрямился на гигантских ногах, готовясь сделать первый шаг. Грузовики вывозили из Верхнего города мебель Нгени и возвращались во дворец с краской, полотном, медикаментами и скалолазным снаряжением. Сула ездила с ними, отмечая на карте дворцы с охраной, а значит, и с кем-то, кого стоило охранять. Останется охрана на своих постах во время штурма или бросится в бой? Скоро она узнает ответ.

Тайники с оружием открыли, и грозный арсенал Команды 491 перешел в нужные руки. Друзья из полиции передали со склада подпольщикам четыре сотни новейших автоматических винтовок, столько же бронежилетов, пистолетов и гранатометов с боекомплектом. Полицию даже не пришлось подкупать.

Наксиды поймали пару наблюдателей за тюрьмами, и те выдали известные им ложные сведения. Воспользовавшись тесными связями группировок с правоохранительными органами, Сула узнала, что тюремную охрану без особого шума усилили, а полицию и армию перевели из центра города для предотвращения попыток штурма тюрем.

Наксиды явно гордились ловко поставленной ловушкой. Как и Белый Призрак. Время покажет, кто из них прав.

Наконец последнюю поправку к плану утвердили, последнее сообщение отправили, а последнее оружие зарядили. Как только солнце коснулось горизонта, Сула отправилась на квартиру, где они скрывались с Казимиром. Он ждал ее, одетый в длинный плащ от Ческо, тот, что с треугольниками зеркал, в начищенных сапогах, держа трость с сияющим набалдашником из горного хрусталя.

В комнате странно пахло лавандой, и Сула удивленно замерла на пороге. Казимир повернулся к ней, взмахнув полами плаща, и изящно поклонился, сказав:

– Добро пожаловать, леди Сула. У нас сегодня свидание.

– С ума сошел. Ты понимаешь, сколько...

– Обо всем уже позаботились. Солдаты на постах, генералу можно расслабиться.
– Он отошел, показывая на аккуратно разложенное на кровати вечернее платье из зеленого муара.
– Для этого выхода нужна подходящая одежда.

Сула закрыла дверь и сделала пару неуверенных шагов вперед.

– Казимир, я совершенно разбита. Несколько дней не спала. Держусь только на сладком кофе. На такое у меня просто не хватит сил.

– Я приготовил расслабляющую ванну. Машина заберет нас через полчаса, - и демонстративно посмотрел на часы.

Всё еще удивляясь, Сула прошла в ванную, сбросила одежду и опустилась в благоухающую лавандой воду. Она легла на спину, приказав крану сделать ванну погорячее. Над поверхностью поднялся пар, и она разомлела, прикрыв глаза. Но почти сразу дернулась от стука Казимира.

– Машина придет через десять минут, - предупредил он.

Она быстренько помылась, вытерлась, причесалась, накрасилась и надушилась. И прямо нагишом отправилась в комнату одеваться. Казимир с улыбкой знатока наблюдал за ней из кресла в углу. Платье сидело идеально. Казимир приблизился и поцеловал ее обнаженные плечи, скользнув губами по ключице, отчего по телу пробежала приятная дрожь.

За ними приехал длинный седан с двумя торминелами-телохранителями. Казимир воспользовался их услугами впервые после ухода в подполье, когда, решив остаться незаметным, перебросил их на другие дела.

Автомобиль ехал в сгущающихся сумерках и остановился перед боковым входом в клуб на Малой Горе. В зале было темно, лишь в нескольких местах тускло горели лампы - на столе, застеленном кипенно-белой скатертью, на мерцающем танцполе и на пустой сцене. В полутьме у столика их встретил высокий лайон-официант.

– Сэр, мадам, - поприветствовал он, налил Казимиру шампанского, а Суле минералки и исчез в полутьме.

– Это всё для нас?
– спросила Сула.

– Не только, - ответил Казимир, и она услышала смех Вероники.

Та вошла вместе с Жюльеном. Оба разоделись, пусть и не так стильно, как Казимир. На щиколотке Вероники блестела цепочка. Сула не видела ее, с тех пор как девушку вытащили из тюрьмы. Вероника приближалась к столику, удивленно распахнув глаза.

– Говорят, ты пэр! А еще говорят, что ты Белый Призрак и командуешь подпольной армией!
– Вероника небрежно взмахнула рукой.
– Я всем рассказала, что знала тебя, когда ты еще учила детей математике!

Официант принес напитки и еду. Когда в конце ужина подали кофе, вышел крейский квартет и начал настраивать инструменты. По спине Сулы пробежал холодок: в памяти всплыло, как крей в галантерейном магазине впервые назвал ее Белым Призраком. "Вы это она".

Обладающий очень тонким слухом крей, по-видимому, узнал ее по голосу, припомнив короткие видеорепортажи в "Сопротивлении". Теперь Сула сомневалась, стоит ли разговаривать при квартете.

Она дотронулась до бедра Казимира и, наклонясь, прошептала: