Они быстро добрались до развилки. Очередная вспышка озарила серый кафель и белые стены мягким светом. Дима заглянул за угол и успокоился. Коридор, ведущий к выходу, был свободен. Дверь была закрыта. Чудовищный маньяк так и не появился. Можно было бы побежать навстречу вооруженному отряду. Едва ли служивый будет стрелять им в спины. Только неизвестно, с какой стороны тоннеля ждать помощи, а с какой преследователя. Повременив с побегом, Дима устремил взор на конвоира, на поясе которого снова заработала рация.

– …Куда вы пропали? – раздался грубый голос.

– У меня аналогичный вопрос.

– …Мы его потеряли. Скачков тяжело ранен. Мы возвращаемся.

– Время прибытия? – потребовал усач, переводя взгляд на циферблат наручных часов.

Глянув на них, Дима заметил, что уже десять часов утра или вечера. С момента, когда они спустились в шахту на заводе, прошла одна ночь, а перед глазами как будто пролетела вся жизнь.

– …Пятнадцать минут.

– Вас понял.

– Это долго, – смело вставил Костя.

– Где подозреваемый? Когда вы его видели последний раз? – спросил усач, бросив на паренька недовольный взгляд.

– …Во втором тоннеле. У первого задела. Замок был открыт ключом. Судя по всему, он и раньше здесь ходил. Нужно как можно скорее известить службу безопасности метрополитена. Пусть перекроют выходы из тоннеля и вызовут кого следует.

– Ну, вот и все, – глубоко вздохнул усач, одарив парней умиротворенной улыбкой.

Лампы над головой затрещали и погасли.

– Спросите, что со светом? – попросил Дима, решив держать фонарик включенным пока все не исправят.

– Откуда перебои в энергосети?

– …Мы повредили щиток. Случайно. Он спрятался рядом и мы…

– Можете не объяснять. Возвращайтесь скорее.

Он вернул рацию на место. Все сложилось на редкость удачно, но, по мнению Димы, чересчур быстро и в их пользу. Не могло все так легко закончиться. В темноте он нащупал руку Кости. Она была холодная как снег. Пальцы дрожали. Страх не уходил. Дима чувствовал то же самое. За кошмарную ночь в пещерах у него развилось шестое чувство и сейчас оно подсказывало, что опасность близка как никогда.

– Нам лучше спуститься в этот ваш БУР.

– Зачем? Ты слышал, он ушел.

– Спустимся.

– Зачем?

– На всякий случай.

В темноте раздался тихий смех.

– Я тебя понял, – не удержался усач и покачал головой, дав понять, что смеется над собой. – Как же я сразу не догадался. Старею, старею. Умный мальчик, ты, наверное, в МГУ учишься?

– Я?

– Да, ты. Столько вопросов и все не по делу. Тяга к знаниям это, конечно, похвально, особенно для молодого человека, но никто здесь не станет утолять твою жажду просвещения. Зачем мне вас водить по базе? Чтобы ты потом составил план нашего сектора и продавал на каждом углу другим диггерам или террористам.

– И в мыслях не было… – попытался оправдаться Дима, но усач его оборвал, тихо зашипев.

– Вот что. Никуда я вас не поведу. Сейчас мы вернемся обратно в пищеблок, сварим каши, и будем ждать у моря погоды.

– Это ошибка.

– Ошибку совершил я, болтая с вами. Признаюсь, вы заговорили мне зубы, но от этого ваше положение только удушится.

Сержант продолжал говорить, попутно шипя словно змея. Дима немного растерялся, недоумевая, как служивому удается делать и то и другое одновременно. Добродушная физиономия, лучезарная улыбка, усы, дурацкие очки. Он уже видел нечто подобное и раньше. Тут его осенило. Косматский! Ну конечно. В пещере за водопадом лежал старый паспорт. Мужчина на фотографии был похож на него.

Люминесцентные трубки затрещали, затопив коридор мертвенно бледным светом. За спиной у сержанта стояла темная фигура. Костя взвизгнул, отшатнувшись к стене. Из-под широкого матерчатого капюшона на них устремился злобный взгляд. Светоотражающие полосы на оранжевом жилете отливали серебром. У пояса широкий ремень, на котором висели самодельные чехлы, фонарик и несколько ножей. Дима толком не успел ничего рассмотреть.

Лампы погасли. Далекий гул возвестил о новом сбое. Раздались выстрелы. Заметив испуг на лице Кости, усач развернулся и без колебаний всадил в маньяка пулю за пулей. В лучах фонариков коридор озарили четыре огненные вспышки. На лицо Диме попали кровавые капли. Три пули попали в цель. Четвертая вошла в стену. Маньяк пошатнулся, попятился к стене, но на ногах устоял. Из оранжевого жилета поползли красные струйки. Слишком мало после трех выстрелов из такого мощного оружия.

– Не-е-е возможно, – протянул усач, теряя оружие.

Вращаясь в воздухе, пистолет улетел во тьму. Убийца схватил стрелка за горло и притянул к себе. Дима с ужасом ждал, что живодер сомнет ему челюсть или оторвет голову, но тот внимательно разглядывал лицо жертвы, как будто узнал его. Потом он поднял руку, в которой держал маленький баллон с трубочкой напоминавший аэрозольный ингалятор. Поднеся его к лицу военного, убийца запихнул трубку тому в нос и нажал на кнопку. Шипение усилилось. Воздух наполнил терпкий аромат ванили.