Шрифт:
Опустошенный и равнодушный, Дар побрел куда глаза глядят и даже не почувствовал, как не плечо опустилась ласковая рука матери и незаметно направила его к дому…
Глава пятьдесят девятая. Тигриные рубежи
— …Ты мог бы стать моим младшим мужем, Дар, — сказала Тьяра.
…Сломанная рука лежала в лубке и перекинутый через чею бинт бережно поддерживал ее. Другой бинт, уже успевший пойти бурыми пятнышками, охватывал голову, взъерошив тигриные волосы. По лицу расплылся жуткий синяк, а губы запеклись кровью…
Ей больно… конечно, после такого боя все болит… Только новая чифесса не покажет этого… особенно тому, кого хочет сделать своим…
Дар коснулся ее здоровой руки и сплел свои пальцы с пальцами Тьяры. Отогнав печаль, Дар освободил всю нежность, которая только осталась у него для этой девушки, — и сквозь его холодные пальцы направилось целительное тепло…
— Нет, Тьяра, — говорил он ласково, но точно в полусне… сейчас он видел и чувствовал, как срастаются ее сломанные кости, закрываются внутренние кровотечения, причиненные страшными ударами… как утихает ее боль… — Нам не по пути с тобой… Я найду ее, ту, для кого буду единственным… как для тебя Тёрн…
— Тёрн… ты сохранил ему жизнь… он рассказал мне, зачем ты вышел с кэном… — прошептала Тьяра. — Но ты же любишь меня, Дар! Ты же пересек океан ради меня!
— Да, мы связаны с тобой, — согласился Дар. — Только не так, как я думал… Я помог, пусть и неосознанно, осуществить твою мечту… и, может быть, за этим кроется нечто большее… Но ты не та… мне еще только предстоит найти ее… не сердись…
— Я не сержусь, — ответила Тьяра. — Сегодня утром, перед началом испытания… я сама поняла, что ты очень дорог мне, очень… но совсем по-иному, чем Тёрн… И я хочу предложить тебе… пожалуйста, не отказывайся… — она на миг притихла, удивленно слушая собственное тело, по которому струилось чужое тепло… — Будь моим братом, Дар…
— На это я согласен! — Дар засмеялся и крепко пожал, а затем отпустил руку Тьяры.
— Мне больше не больно… — удивилась она. — Ты вылечил меня, брат?..
— Да, сестренка… можешь снять эту штуку с руки…
…Шагая по улицам тигриного городка, меж корпусов мертвых кораблей, Дар чувствовал в душе странный свет. Он бы назвал этот свет… утешительным… Нечто подобное излучает человек, вдруг улыбнувшийся сквозь слезы…
Дар смотрел на свою жизнь и понимал, что она вновь потеряла цель. Как теряешь недавно обретенный теплый дом и опять оказываешься на холоде… и опять не знаешь, куда идти…
Сначала искал отца… нашел и разочаровался… Потом искал любовь… и то же…
Куда теперь?.. Почему всем так спокойно? Почему никто не чувствует себя оторванным от жизни? Почему все уже давно нашли свое место, а я — нет… почему…
«Я рожден для последнего боя… — горько вспомнил Дар ту строчку, что принес один из черных ангелов. — Вот, значит, как… Вот почему мне отказано во всем… мне дали понять, что даже самое обычное счастье — не для меня… И последнее разочарование было особенно страшным… Значит, буря уже грядет…»
Фенрир вернулся навеки… Яна видела своими глазами, как он пришел, загнав Редьяри в самый дальний уголок души. Порой тот, кого она знала, мелькал в случайном взгляде, случайном жесте… он пытался бороться, храбрый мальчик… но силы были слишком неравны…
Помоги мне его изгнать!!! Помоги мне его изгнать!!! Помоги…
— Завтра мы выступаем!!! Займем тигриные рубежи!!! — громогласно объявил Голос Фенрира толпе, и люди торжествующе вскинули руки, огласив равнину протяжным воем во славу Великого Волка…
— …Тьяра! Северные Тигры прислали птаху с вестью! — Тёрн вломился в дом чифессы, чуть не снеся дверь… — Варвары наступают! Полчища варваров!
— Как… — только и успела выдохнуть она.
— Похоже, этот их Голос Фенрира объединил племена… эти дикари… фанатики…
— Успокойся, Тёрн… — сказала Тьяра… — Говори все по порядку…
Тёрн взял себя в руки. Осмотрелся. И заметил, что вожди Приморцев все здесь… похоже, он вломился на совещание… правда, маленького Дара не было…
— Еще можно остановить их, рассеять их, разрушить их согласие, — сказал Тёрн уже спокойней. — Убив их вождя… Сделай мы это раньше, они лишь воспылали бы местью… но сейчас… он на волне… он чуть ли не полубог — только такой сумел бы объединить все дикие суеверные племена… сейчас его смерть станет большим разочарованием… это будет начало их конца…
— У тебя есть план?
— Я оставил ему метку. Ожерелье из гильз, которое ярко блестит на солнце. По ней его можно выследить и убить.