— Ты права. Спрашивай. — Матвей старался выглядеть непринужденно, но было видно, что разговор его напрягает.

— Почему там, на Савойе ты не дождался, когда я проснусь?

— Знаешь… Как бы тебе объяснить подоступнее… Неприятно наблюдать, что интерес к тебе сменяется равнодушием. Я так к этому и не привык.

— Ну а зачем тогда вообще себя насиловать?

— Это не насилие, а…

— Удовольствие?

— Естественно, я получаю удовольствие, как и те кто со мной, те кто рядом… Все получают удовольствие. Если я хочу…

— Но ведь ты можешь дарить наслаждение все время… Выбрал бы кого-нибудь посимпатичнее и вперед…

— Если женщина сама хочет, и мне она нравится, нам обоим хорошо, но я понимаю, что это эпизод, страсть, приключение, и мало кто всерьез готов связать свою жизнь с архоном, насколько бы хорошо при этом ни было.

Ага! Наркотик галактического масштаба. Попробовать можно, а вот употреблять всю жизнь…

— А ты не думаешь, что ошибаешься? Может, во Вселенной тысячи, ну или сколько там женщин, которых ты обломал, а они тоже до сих пор любят и ждут тебя.

— Не волнуйся, осечек не было… — хмыкнул Матвей, — в твоем случае изначально были неправильные реакции, может, поэтому я до сих пор и не могу выбросить тебя из головы. Обычно все гораздо проще… Я расслабляюсь, женщины в восторге. Податливые и послушные моей воле. И какая-то часть меня постоянно этому противится… Утешает только то, что они благодаря моим способностям получают очень много…

— Как у тебя все сложно…

— Это ты еще не все знаешь.

— Даже не уверена, что хочу…

— А если не думать об этом? — спросил Матвей придвигаясь ко мне. — Скажи мне, пожалуйста, Саша, вот ты хочешь быть со мной?

— Как у тебя все просто…

— А у тебя непросто? Хорошо, давай непросто. Но жить будешь на "Лахорре".

Ага. Только до Савойи довези…

Вторые сутки полета я приходила в себя. С Матвеем мы почти не разговаривали. Он был сосредоточен и большую часть времени проводил в лаборатории. Что он там делал я не знала. Я понимала, что если загляну и поинтересуюсь, то разговора не избежать, а я не хотела быть инициатором. Сама я преимущественно валялась на кушетке в гостевой комнате и бездумно буравила взглядом потолок, который Матвей сделал обзорным. И вот, наконец, он сам ко мне пришел.

— Надо поговорить.

— Давай, — я готовностью спустила ноги с кушетки. Придется же куда-то идти.

— Сиди. — Матвей провел манипуляции со стеной и в комнате возникла еще одна кушетка.

— Удобно, — прокомментировала я.

— Не очень, но другие варианты слишком расслабляют. Саша, мне с тобой трудно.

Наверное, я удивилась, потому что Матвей быстро продолжил.

— Но не потому, что ты сложная, а потому что я тебя понимаю и чувствую, несмотря на то, что это не от меня зависит. Просто… я к такому не привык. А точнее отвык…

— А мы где? — уточнила я, чтобы если чего резко свернуть разговор и пересесть на попутный транспорт.

— Недалеко от Савойи. Позади Тангар, хочешь на него полюбоваться? Я разверну корабль.

— Нет. Мне просто надо было снять напряжение, чтобы полностью сосредоточиться на твоих словах. Так от чего ты там отвык?

Матвей отодвинулся на кушетке к стене и улыбнулся.

— Знаешь, я уже сказал, что мне трудно, а ты каждым своим словом мою задачу усугубляешь так, что это даже интересно! Саша, я привык быть одиночкой. Летать, планировать, решать… И тут ты. Я не буду скрывать, что в основном мой интерес к тебе возник благодаря твоей особенности.

— Вот это ты сейчас зря сказал, но продолжай.

— Ладно. Давай не будем углубляться в дебри того, что могло бы быть или не быть. Я просто расскажу тебе историю.

— Про себя?

— Преимущественно. Но… Впрочем, сама по ходу все поймешь.

Я пожала плечами и подтянула к себе колени. День только начался, а у меня уже сказка на ночь.

— Так вот… Я — архон и моя родина — объединенные миры Эхх Дахот. Большинство архонских планет находится около звезды Эххон. Крупными также считаются системы звезд Аххар и Мэххат. По совокупности населенных планет архонов около 70 миллиардов, и живем мы очень дружно.

— Вы — молодцы! — решила я приободрить Матвея. Сейчас все тайны выдаст. — А язык? Саххи?

— В основном да. Нам пришлось сделать его галактическим. На тот момент нам проще было хоть в чем-то приспособить другие расы к себе, нежели постоянно под кого-то подстраиваться самим. У нас есть своя, вариация — эхх-саххи, которая используется в научной работе, но, находясь среди вас, мы говорим исключительно на саххи…

— И много вас среди нас?

— Много… Только наверное, скорее подошло бы слово вокруг. Помнишь, я тебе говорил, что у архонов принцип "больше двух не собираться"?