Проталины
вернуться

Кузнецова Светлана Александровна
Шрифт:

Мне солнечно сегодня. Мне легко…

Мне солнечно сегодня. Мне легко. Мне празднично, свободно и отрадно, А где-то там, ужасно далеко, Летят снега на вянущие травы. Я травы те не вспомнила б вовек Ни просто равнодушно, ни с участьем, Но где-то там проходит человек, Который чуть не стал моим несчастьем. И вижу я, как он, а не другой Сухие ветви трогает рукою. …Плывет туман над пасмурной тайгой, Плывет туман над стынущей рекою. Мне солнечно сегодня. Мне легко. Мне празднично, свободно и отрадно. А где-то там, ужасно далеко, Под первым снегом умирают травы.

Боюсь, в сужденьях стану строже…

Боюсь, в сужденьях стану строже, Забуду давнюю весну. К знакомым женщинам, быть может, Я ревновать тебя начну. И дорожа своей судьбою, Уйти, как нынче, не смогу Одна, поссорившись с тобою, На лыжах в синюю тайгу.

Видно, я еще не любила…

Видно, я еще не любила, Видно, я еще не скучала, Если все, что со мною было, Повторилось теперь сначала. Я смотрю в глаза твои серые, Не боясь, что осудят люди. Ты скажи мне, с какою мерою Подходить к нашим встречам будем? Может, ты мне совсем не нужен? Может, путь без тебя мне страшен? Мы, взрослея, гораздо хуже Разбираемся в сердце нашем.

Холодного солнца осколки…

Холодного солнца осколки Рассыпал закат на снегу. Седые колючие елки Застыли на том берегу. Там тропки сплетаются тесно, И дремлет в хрустальной резьбе Под каждой березою песня О чьей-то хорошей судьбе. Пойти бы вперед наудачу, Не хочется нынче домой, Но этим всерьез озадачен Попутчик заботливый мой. Он хмурит пушистые брови. Сердито торопит коня, Упрека слова приготовил, Спеша образумить меня, Я слушаю молча, что вечер, Что яркие зори к пурге, А дома натоплены печи И глупо бродить по тайге. С разбуженным сердцем не дружен Привычный уютный покой. Не нужен, не нужен, не нужен Мне больше попутчик такой! Смеркается. Путь запорошен. Сверкают снежинки на льду. Одна я до песни хорошей, До звонкого счастья дойду!

Осенние ветры свищут…

Осенние ветры свищут. На берег летит волна. Я в гордости самой высшей Забыть тебя не вольна. Недаром так говорливы Недель грозовых дожди, И бешеных рек разливы Опять обещают — жди! Тревога моя, усни-ка, Куда от тебя уйти? Я жду. Огневой брусникой Засыпаны все пути. Все алою, все рассветной, Дотронься — и брызнет сок На землю тропы заветной, На камень и на песок. Тебе не уйти, желанный, Не выцветив соком губ. И там, где красны поляны. Замкнули березы круг.

Костры

Загорелый до черноты, Пропыленный сотней ветров, Отдыхаешь, любимый, ты У каких далеких костров? Мне ночами снится не зря Над рекой перевал крутой, Где таежная пьет заря Сизых сосен густой настой. До метельной снежной зимы Сердце к счастью встречи готовь, Подарили друг другу мы Неуживчивую любовь. Нам бы рядом с тобой идти Через все преграды подряд. Да другие зовут пути, Да другие костры горят. Новый день шагнет на порог… Озарятся мои края. Хорошо, что столько дорог И у каждого есть своя.

Все, что ломается, поломано…

Все, что ломается, поломано, А снова не с чего начать. Смотри, уже молчанья-олова На дни наложена печать. Но оттого не стало легче мне, Что там, где сполохи горят, Про нас с тобой уже не шепчутся, Про нас уже не говорят, Что чистый снег лежит повсюду, Что неспокойный ветер сник, Что мы прошли сквозь пересуды И вышли целыми из них.

Катера идут по Лене

Катера идут по Лене. Что со мною, не пойму. Пустословье сожалений Не поможет ничему. Полночь вспыхнула кострами. Это вновь меня зовет Далеко, за синь-горами, Нашей дружбы зимовье. В дальний край ведет дорога, В долгой ночи забытье, Это вновь зовет тревога За твое житье-бытье. Катера идут по Лене. Память сердцу дорога. Грустноглазые олени. Привитимская тайга.

Енисей

Енисей — река рабочая. Посмотри-ка вниз с откоса, Как несет он озабоченно Баржи, груженные тесом. Разорвав туманы грудью, Засучив рукав по локоть, Он несет суда, как грузчик, На спине своей широкой. День его трудом наполнен, Дел стремительным размахом, Ходят мускулами волны Под холщовою рубахой.