– Серёжа, это конечно твоё дело, но мне кажется тебе не следует сильно откровенничать с прессой. Не стоит ставить весь мир в известность о том, что с тобой происходит.

– Пожалуй, ты права, - проговорил я задумчиво.
– Какой мне прок от разговора с ней? Меня и так уже разок потерзали, после объявления о помолвке с Илли. Всё что я хотел, я тогда рассказал. Думаю, на этом можно и поставить точку.

– Вот и правильно!
– воскликнула Саша, улыбнувшись.

Я посмотрел на визитку в своей руке, смял её и выбросил в ближайшую урну.

Мы без проблем добрались до нотариальной конторы в Царьграде и сразу зашли внутрь.

Нотариусом оказался маленький сухонький старичок, на вид лет семидесяти. Он пригласил меня в кабинет, попросив Сашу подождать снаружи. Там он достал большой конверт из толстой коричневой бумаги, обвязанный бечёвой, и опечатанный несколькими сургучными печатями. Нотариус внимательно осмотрел конверт, проверяя сохранность печатей, потом предложил мне сделать тоже самое.

Я, для виду, повертел конверт в руках. На нём были надписи: «Запечатано 24 марта 224 года от оМЧ [64] . Хранить до 14 ноября 237 года от оМЧ.» И несколько незнакомых мне подписей. Дата вскрытия оказалась датой моего рождения, чему я немало удивился. Точнее, в этот день мне исполнилось ровно шестнадцать лет.

Я отдал конверт. Старичок взял его, достал нож для бумаг и аккуратно вскрыл.

В конверте лежали несколько листов бумаги и небольшой конверт поменьше. Нотариус достал бумаги и стал их читать вслух.

Бумаги оказались написаны моим отцом. В них он признавал меня своим сыном и наследником. Они были по всей форме подписаны и нотариально заверены.

– Что ж, поздравляю вас молодой человек, - сказал старичок бесцветным голосом.
– К сожалению, после смерти вашего отца, по закону всё его имущество перешло к его законной жене и дочери. Вы же можете получить только его титул, если конечно подадите прошение об этом в геральдическую палату.

– Вот ваш экземпляр, - протянул он мне один лист.
– Другой по закону останется у меня. И ещё. Вот это письмо лично вам.

Старик протянул мне стандартный конверт, на котором было написано размашистым почерком: «Моему сыну, Сергею. Лично.»

Всё время, что нотариус читал бумаги, я молчал. Мысли путались, и только одна билась как птица залетевшая случайно в квартиру: «Мой отец признал меня!»

Я, чисто автоматически, взял в руки конверт, повертел его, не зная что с ним делать, затем взял со стола нож и аккуратно его разрезал сбоку. Внутри оказался лист настоящей пожелтевшей бумаги, сложенный два раза. Я развернул его и стал молча читать:

«Мой дорогой сын!

Я решил написать тебе, потому что отправляюсь далеко на север охранять границы нашей Родины. Недавно у меня возникло странное предчувствие, и я решил, на всякий случай, завершить все свои дела. Если ты читаешь сейчас это письмо, то скорее всего, меня уже нет в живых.

Я подписал все необходимые бумаги, подтверждающие что ты мой сын и законный наследник. Нотариус отдаст тебе их вместе с этим письмом.

Прости, что тебе пришлось так долго ждать. Но я подумал, что тебе лучше прожить тихое счастливое детство, не обременённое множеством обязанностей благородного отпрыска.

Ты можешь распорядится этими бумагами так, как считаешь нужным. Я не буду на тебя в обиде за любое твоё решение.

Знай, что я всегда любил и буду любить твою маму. И очень жаль что обстоятельства сложились так, что я не смог на ней жениться. Постарайся не повторять мою ошибку, выбирай любовь, а не долг. Передай мои слова маме. Думаю, ей будет приятно.

Ещё знай, что у тебя есть сестра. Она прелестная маленькая малышка. Надеюсь она вырастет красавицей. Если сможешь, постарайся навесить её. Может быть вы даже подружитесь.

Моему отцу, твоему деду, передавай мои извинения за то, что его сын так и не смог стать таким идеальным, как ему хотелось. У него не самый лёгкий характер, но я надеюсь вы найдёте общий язык. Если не сразу, то хотя бы со временем.

Моей маме, твоей бабушке, скажи, что я её очень люблю, и ни за что на неё не обижаюсь.

Прощай!

князь Александр Дмитриевич Михайлов

24 марта 224 года

PS: Я оставил небольшой вклад на твоё имя в Имперском Банке, чтобы ты ни в чём не нуждался. Вот номер счёта: 8576 3244 4428 8742.»

Несколько минут я просидел совершенно молча. Потом я встал, поблагодарил нотариуса, забрал бумаги и вышел из кабинета. Саша что-то спросила меня, но я махнул рукой, сказал «Потом!», и направился к выходу.