— Я бы сошла с ума от скуки! — горячо перебила я.

— Не уверен, — мрачно отрезал он.

Я поспешила переменить тему.

— Все-таки не понимаю, почему Грасини так заинтересовались говорящей бездной? Их же интересует только бессмертие!

— Если колодец Морских действительно хранит информацию, то, возможно, сохранить в нем часть своей души — это шаг к бессмертию… — задумчиво сказал Саймон и чуть заметно усмехнулся: — Ты не догадываешься, почему я так спешу в аэропорт?

— Н-нет… — протянула я.

— Когда я лежал в ледяной ванне, бездна говорила со мной! Я слышал голоса…

— И что они сказали? — спросила я тихо, боясь услышать ответ.

— Они зовут меня.

— А что это значит?

— Не знаю, но это был очень настойчивый зов, я почти не в силах противостоять ему…

Мы замолчали, думая каждый о своем. Когда мы сдали машину в пункт проката, Саймон спросил:

— Полин, тебе не трудно идти? Может, я понесу тебя?

— Ну-у… Вообще-то мне уже намного лучше… — удивленно протянула я.

Саймон скрестил руки на груди и насупился.

— Ну вот, когда ты не могла ходить, тебя нес на руках Антон. А теперь я восстановился и могу нести тебя, но это уже не нужно… — расстроенно сказал он.

— Для тебя это так важно?

Саймон посмотрел на меня серьезно.

— Да. Я хотел быть рядом с тобой, когда ты очнешься, но пришлось разговаривать с полицейскими. И я сам хотел нести тебя! А самое главное: это я должен был спасти тебя… — тихо добавил он, опустив голову.

Мы вдруг оказались в толчее — мимо проходила группа русских туристов с огромными разноцветными чемоданами на тележках. Они протискивались мимо, с любопытством разглядывая нас, но я чувствовала себя так, словно кроме меня и Саймона здесь никого не было.

— Просто будь всегда рядом со мной! — попросила я.

Он поднял голову и посмотрел мне в глаза глубоким взглядом:

— Обещаю!

…В самолете на меня неожиданно навалилась усталость. Теперь, когда я знала, что мы в безопасности, не было сил даже говорить. Я прислонилась к Саймону и постаралась устроиться поудобнее. Последнее, что я заметила перед тем, как провалиться в сон, — взгляд девочки-подростка, которая сидела в соседнем ряду. Она смотрела на моего любимого восхищенно, как на сказочного принца. Я еще плотнее прижалась к Саймону и закрыла глаза.

Сначала в ушах гудело, и мне казалось, что уснуть невозможно. Но в какой-то момент я вдруг обнаружила, что в кресле Саймона сидит Александра, Она оглядывалась по сторонам и улыбалась. Салон самолета был пуст, а на иллюминаторах висели клетчатые шторки из нашей кухни в Бетте.

— Ну, как у вас там дела? Как Антон? — я так и накинулась на нее с вопросами.

— Не волнуйся, с ним всё в порядке… — улыбнулась Александра. — Грасини выполнили все его просьбы, Антон больше никого не напугает… Кстати, никогда не видела таких забавных штор в самолете…

— Это с нашей кухни в Бетте, наверное, я так скучаю по дому, что это видно даже во сне… Но давай про Антона! — попросила я. — Ты ему рассказала всё о Морских…

— У меня не было другого выхода. И он никому ничего не расскажет! — беспечно улыбнулась Александра.

— Ты… Ты ему ничего плохого не сделаешь? — смущенно прошептала я.

— Нет, конечно, дурочка! — фыркнула Александра.

— А где он сейчас?

— Мы в Измире…

Я уставилась на нее.

— Мы?

— Верните спинки кресел в вертикальное положение! — загремел вдруг чей-то голос, раздаваясь одновременно со всех сторон. — Девушка, мы скоро приземлимся! Просыпайтесь! — настойчиво громыхал он.

Я с трудом разлепила веки. В проходе стояла стюардесса. Увидев, что я проснулась, она приветливо улыбнулась и пошла дальше по салону.

— Мне снилась Александра… — потягиваясь, сказала я Саймону.

— Что она сказала? Они еще у Грасини?

— Нет. Они уехали, и с ними все хорошо.

В аэропорту Адлера мы взяли такси. Уже вечерело, и жара спала. Водитель открыл все окна и врубил на полную громкость шансон. Положив голову на плечо любимого, я гадала, успеем ли мы вернуться домой до темноты? Я достала телефон и хотела позвонить маме, но Саймон положил на мою руку свою прохладную ладонь.

— Давай поговорим с твоей мамой позже. Если она узнает, что мы здесь, то будет волноваться, ждать нас… — сказал он мне на ухо. — А я хочу сначала побывать у колодца…

— А белый лебедь на пруду качает павшую звезду-у! — сипло подпел магнитоле водитель.

— Я тоже пойду с тобой! — крикнула я.

— На том пруду, куда тебя я приведу-у-у… — заливался таксист.

— Хватит! Я больше никогда не подвергну тебя опасности! — зарычал мне в ухо любимый.

— Это мы еще посмотрим! — взбунтовалась я.