— Полина… — прошептал он чуть слышно.

Я наклонилась и поцеловала его. С моей помощью любимый поднялся из воды и сел в ванной. Я помогла ему снять шлем, от которого отходили провода.

— Что они делали? Обследование уже закончилось? — спросил он, озираясь. Я поняла, что он еще не совсем пришел в себя. Я горячо зашептала:

— Ради бога, тише! Они могут прийти в любой момент! Найджел высасывает из меня эмоции! А ты им нужен потому, что слышишь голоса бездны, они не собирались нам помогать! — я не была вполне уверена, что Саймон понимает меня. Но времени совсем не было!

— Они хотят знать, что тебе сказала бездна и как ты ее слышишь. И еще они убили профессора, а Магда с ними заодно!

Саймон попытался подняться, опираясь о бортики ванны, но руки не удержали его, и он соскользнул в воду, подняв брызги.

— У меня совсем нет сил… — прошептал он обреченно. — Ледяная вода для нас — как снотворное. Мы впадаем в анабиоз, и чем ниже температура, тем мы слабее и беспомощнее.

— Я подняла температуру до шестнадцати! — прошептала я. — Мы должны попробовать выбраться отсюда!

Саймон вновь медленно приподнялся и сел на бортик. Каждое его движение было как в замедленной съемке, руки тряслись. Даже в такой экстремальный момент я не могла не задержать дыхание, глядя на любимого. На нем не было ничего, кроме плавок, и он был прекрасен! Саймон опустил на пол одну ногу, потом вторую. С них тут же натекла лужа воды. Я лихорадочно оглядывалась по сторонам, думая, чем бы мы могли вооружиться против Грасини, как вдруг дверь нашей темницы широко распахнулась. На пороге стоял Стив. В один прыжок он очутился рядом с Саймоном и со всей силы ударил его кулаком в челюсть. Любимый пошатнулся и упал на пол. Тонкой струйкой из носа потекла кровь.

Не помня себя, я закричала. И тут же получила хлёсткую пощечину. Стив молниеносно кинул меня на кресло и застегнул ремни.

Любимый все еще лежал без движения. Стив присел на корточки, изучая панель управления.

— Разморозила, значит, нашу рыбу? — повернулся он ко мне. Я промолчала. Не было смысла вступать в разговор.

— К тому же из-за тебя я проиграл спор. Полина, от тебя одни неприятности, — сокрушенно констатировал он.

Он вышел в коридор и вернулся с Ченгом. Тот неожиданно ловко поднял Саймона и опустил его в ванну. Я не ожидала такой силы от низкорослого тайца. Стив снова куда-то вышел и через несколько минут вернулся со шприцем в руках.

— Я думаю, ты еще пригодишься Найджелу, — сказал он, подходя ко мне. — Но придется принять меры, чтобы ты была спокойнее, раз уж после его ежедневных трапез у тебя остаются силы…

Он сделал мне укол, и я вновь ощутила полное опустошение, безразличие и слабость, будто все грузы мира навалились на мои плечи одновременно. Осталось только одно желание — закрыть глаза, заснуть и не просыпаться. Что я и сделала, провалившись в черную бездну забытья…

Сколько времени я провела в забытьи, не знаю. Но в какой-то момент из мрака, словно бледная луна, появилось взволнованное лицо Александры.

— Полина, Полина! — звала она настойчиво.

У меня не было сил говорить. Я мотнула головой, и непреодолимая тяжесть навалилась на меня и заставила снова закрыть глаза. Мне хотелось, чтобы меня никто не трогал и не тревожил. В конце концов, сколько можно приходить в мои сны? Сейчас Александра меня раздражала. Но она не унималась.

— Полина, не закрывай глаза! Посмотри на меня! — твердила она.

Я разозлилась — ну что ей нужно? — и открыла глаза. Не удовлетворившись этим, Александра принялась трясти меня за плечо. Ее прикосновение было удивительно реальным, словно наяву.

— Хватит приходить в мой сон, — пробурчала я недовольно, снова закрывая глаза. — Дай мне покоя!

— Полина, это не сон! — закричала Александра и еще сильнее затрясла меня.

Я открыла глаза и ошалело уставилась на нее. В строгом сером костюме, с убранными в пучок волосами, она походила на телеведущую. Я перевела взгляд на ванну, там опять никого. Конечно, это сон! В подтверждение моих мыслей в дверном проеме показалась фигура Антона. Телевизионщик медленно подошел к нам, пристально глядя на меня. Я мельком посмотрела вниз, следуя за его взглядом: мой белый сарафан за эти дни превратился в грязную мятую тряпку.

— Привет! — бросил Антон наигранно-бодрым тоном. Выражение его лица не соответствовало интонации, похоже, ему было не по себе — наверное, даже в собственном сне я выгляжу ужасно.

Я проигнорировала приветствие: во сне можно обходиться без церемоний. И вообще я испытывала жестокое разочарование — вместо того, чтобы пытаться спасти нас, Александра опять зашла в мой сон. Не в силах говорить, я кинула на нее укоряющий взгляд.

Антон озабоченно склонился надо мной:

— Неделю назад ты выглядела гораздо лучше! — он натянуто улыбнулся и протянул ко мне руки. — А сейчас моя неудавшаяся ассистентка похожа на скелетик в белой тряпочке, и мне придется нести ее на руках… — И он легко поднял меня с кресла.