– Можешь смело прикрываться моим именем.

– Боюсь только, что Вепрь не ограничится одними запугиваниями. Не говорю уже о том, что я рискую жизнью своего сына.

Банкир опустил взгляд, лицо его исказилось, как показалось Сергею, виновато и неприязненно.

– Мои друзья из органов не могут пока выяснить, где держат твоего сына и кто его мог похитить. Вполне допускаю, что он у братвы Кабанова, но у нас нет доказательств, кроме умозаключений, и, следовательно, нет предлога «наехать» на него. Подбросить ему наркотики или оружие – это дешёвый и неэффективный приём.

Это была осторожная отговорка.

– А если вынудить его на открытый шантаж и сделать запись?

Волжанский одобрительно повёл бровью.

– Тогда и мы не станем с ним церемониться.

– Но без классной команды наблюдения здесь не обойтись.

– Неплохая идея. Я отряжу тебе лучших специалистов.

К Сергею вернулся азарт, в нём томилась младость праведной мести. Зря они раздразнили в нём злой дух, хладнокровный в своём неистовстве, который не успокоится до тех пор, пока он не разберётся с ними раз и навсегда.

Находясь в загородном доме среди охранников, он назначил встречу давно напрашивавшейся на это Ольге. Её привезли в машине с затемнёнными окнами в сопровождении ещё пары машин наблюдения. До того как она вошла в дом, Сергею передали, что хвоста не обнаружили.

Он встретил её, сидя в кресле, с макияжем нездорового лица – бледный. С тёмными разводами у глаз и краснотой воспалённых век. Ольга выглядела нервно, ей предложили кресло напротив, с тем чтобы Сергею будто бы не страдать при повороте шеи, которая была в гипсе.

– Ты слыхала об убийстве журналиста в больнице? – спросил он.

– О господи, Сергей, когда же всё это закончиться? – взмолилась она.

– Мы можем всему этому положить конец. Если ты будешь действовать со мной заодно.

– Мне кажется, это никогда не наступит. Я вздрагиваю от каждого звонка, боюсь заглянуть в почтовый ящик, она всхлипнула и поспешила достать платок. – Сколько ещё невинному дитя нужно расплачиваться за наши грехи?!

Каменное лицо Сергея исказилось в злобной брезгливости, и её слёзы тут же высохли. Он и без того понимал, сколько всего в ней намешано – и гнусных мыслей от страха, и проникающего до глубины несчастья. Может быть, она с облегчением сбросила бы своё ханжество – предложи он ей выход.

– Тот, кто всё это организовал – наш общий знакомый. Кабанов. – Сергей сделал паузу. Ольга замерла, вся уйдя во внимание. – Всё очень банально. Если они меня убьют, мой пай наследует Александр, но он несовершеннолетний, и ему назначат опекуна – тебя, а ты будешь исполнять их волю, потому что тебе не забыть ужаса страданий внука. Чтобы одолеть этого уголовника, нам нужно объединить усилия. Наилучший вариант – если мы с тобой и ещё несколько моих сторонников передадим акции в новый холдинг, которым управляют очень влиятельные люди. Кабанов на них не попрёт – кишка тонка. Потом они выдавят его.

– Это всё те же люди? – спросила она с недоверием, в котором Сергей читал: «Опять суёшь жуликов. И Кабанова не ты ли привёл».

Сергей назвал имена финансистов. Сначала на её лице мелькнуло кислое разочарование, но тут же глаза влажно заблестели.

– Он отомстит. Боже, что они сделают с ребёнком! Он ведь у меня единственный внук. Я этого не переживу! – Она сложила руки на груди, стала вздрагивать плечами и разразилась сухими рыданиями.

Не имея больше терпения видеть такие сцены, Сергей окатил её грубостью.

– перестань выть! Не только тебе так плохо. Возьми себя в руки. Ответь мне: делались ли тебе угрозы насилия над мальчиком, если ты будешь поступать так или иначе?

Ольга так же неожиданно перестала рыдать и потянулась за сигаретами в сумочку.

– Нет. Они звонили и спрашивали, что там с тобой случилось, и снова требовали выкуп.

– Значит, он этого ещё не раскрыл и не ведает, что нам всё известно, хотя, наверное, и подозревает. Нам сейчас это на руку. Раз он не открыл свои карты, то и мстить ему будет не за что, если мы передадим свои акции другой компании. Но нужно торопиться, пока он сам не объявил ультиматума. Когда он узнает о нашей сделке, то уже ничего не сможет сделать, и шантаж потеряет смысл. Если же он позволит себе намекнуть на угрозу жизни Александра, то у моих людей будут развязаны руки. Он станет играть в открытую, когда мы его опередим, конечно. – Сергей сейчас предложил наживку для Кабанова, которую Ольга могла бы ему подкинуть, если участвует во всей этой игре и если ей хватит ума и смелости. Он сделал паузу и добавил: Сделку можно совершить сегодня. Контракт у меня на руках. У нового холдинга будет на порядок больше возможностей, а партнёры обещают миллионные инвестиции.

Ольга сосредоточенно курила и не смотрела на Сергея. Сейчас с неё слетел весь аффект и в ней ощущалась безысходность, и отказываться от спасительного предложения она могла только в одном случае – находясь под жёстким давлением Вепря. Она имела волевой характер, и против неё было одно средство: подвергнуть опасности кого-нибудь из её близких. Значит, Кабанов открыто запугивал её жизнью внука.

Она очнулась от задумчивости и тяжёло вздохнула:

– И не знаю даже. Я в таком состоянии. Что о делах и думать не могу. Такая невыносимая тяжесть в душе. Я готова на всё, лишь бы Сашу вернуть.