Шрифт:
Она была такой беззащитной. Такой… Он посмотрел на ее джинсы. Они тоже были вымазаны, как и рубашка. Его пальцы опустились на них и нащупали пуговицу.
Линда глубоко вздохнула.
Гораций отшатнулся от нее, как ужаленный.
«Господи, да что со мной происходит!»
Не думая, он размахнулся и сильно ударил себя ладонью по лицу. Боль обожгла кожу и прочистила голову. Стараясь не смотреть на Линду, он подобрал свитер, накинул ей на голову, просунул руки в рукава и опустил его вниз.
– Линда, малышка, скажи мне что-нибудь! Хотя бы одно слово. Пожалуйста! Линда!
Глава 24
Хорек завороженно наблюдал, как Майкл и Анна миновали валун и пошли дальше. Он собрался было встать, но вдруг слух его уловил тихий гул. Он быстро повернул голову и увидел, как слева, всего в трех-четырех ярдах от него появилась «змейка». Ее круги были деформированы – она словно бы вытягивалась в его сторону. Он замер.
«Изменилась, черт возьми! Она изменилась!»
Змейки никогда не меняли своих мест. Они всегда образовывали один и тот же рисунок. Если изучить его во всех подробностях, можно было выбраться из язвы. Хорьку это удавалось. Но сейчас схема изменилась. Вытянутые эллипсы «колец» говорили о том, что где-то рядом еще одна язва.
Хорек уже видел такое. Язва в язве – смертельное сочетание, потому что, влияя друг на друга, язвы нарушали свои собственные закономерности. В этом случае наблюдения не работали.
«Змейки» имели еще одну особенность: попади в одну из них что-нибудь живое, и все они через минуту схлопывались, надолго исчезая. Так было с одним гостем из «туннеля». Хорек видел это собственными глазами.
«Может быть, закричать? – подумал он вдруг. – Позвать их? Майкл или девчонка нарвутся, и все пропадет. Можно будет выйти».
Он чуть приподнял голову и посмотрел в сторону дороги.
«Принять грех на душу?»
Хорек всерьез задумался над этим, лежа на брюхе между тихо гудящих «змеек». В конце концов, в таком длинном путешествии одним грехом больше, одним меньше – не так уж важно. Простится все, если будет раскаяние.
«А я раскаюсь. Я так раскаюсь, что мало не покажется!»
Хорек хихикнул.
«Кто бы из них ни уцелел – он меня выслушает!»
Майкл остановился.
– Ты ничего не слышала?
– Нет, – ответила Анна.
– Мне показалось, я слышал чей-то голос.
– Хорек?
– Не знаю. Не уверен.
– А может быть…
«…повернем назад», – хотела сказать Анна, но промолчала.
– Может быть, что?
– Ничего.
– Хорошо. Пошли.
Он двинулся дальше.
Хорек с трудом сглотнул и застыл, глядя расширенными от страха глазами, как всего в нескольких футах перед ним появилась новая «змейка». Сначала крошечная впадинка в земле, почти незаметная среди травы. Потом чуть больше и глубже, и вот пошел первый внешний эллипс. Хорек с трудом сдержался, чтобы не вскочить. Граница прошла в футе от него и замкнулась. Сразу же появился новый эллипс – «змейка» начала свою недолгую жизнь.
Тихий низкий гул, издаваемый ею, отдавался в голове, как рев реактивного истребителя, распространяясь дальше по всему телу. Хорек сжал зубы и закрыл глаза. Нужно перетерпеть. Очень скоро все закончится.
«Если выдержит моя голова, – подумал он. – И не лопнет, как перезрелая тыква».
Страшная песня «змейки» все нарастала. Хорьку показалось, что внутри него завибрировали кости.
«Я очень близко. Слишком близко!»
Хорьку повезло. Подойдя очень близко к тому, чтобы убить человека, лежащего перед ней, «змейка» исчезла. В одно мгновение страшный давящий звук пропал, все мышцы расслабились, как будто от них отключили электричество. Хорек почувствовал, как из носа потекла кровь.
«Бенни, друг, не стоило сюда соваться, – сказал он сам себе. – Похоже, идея переждать здесь оказалась немножко глупой. Немножко ненормальной. Немножко психованной идеей, мой друг».
Острая боль взгрызлась в желудок, и ему снова пришлось сжать зубы, чтобы не застонать.
«Черт, лежу тут на пузе, посреди язвы, как полный кретин! Не эта, так следующая „змейка“ меня слопает, и конец Бенни Флаю. Ха-ха-ха! Извините, ребята, я уже ничем не смогу вам помочь. Я вынужден удалиться. Ха-ха. Так чего я жду?»
Хорек осторожно приподнял голову.
Анна почувствовала давление. Оно исходило откуда-то извне, сковывая движения и заставляя сердце биться глухо и больно. Что-то неладное творилось вокруг. Она обвела глазами дорогу и долину. Слишком тихо здесь, слишком неподвижны трава и воздух, слишком мягки приглушенные звуки шагов. Она ощутила себя идущей под водой, только вода эта оказывала сопротивление на каком-то другом уровне, не доступном органам чувств.
Майкл впереди замедлил шаг. Он двигался как человек, бредущий по темному коридору. Осталось только вытянуть вперед руки, чтобы иллюзия стала полной.