— Вы злитесь, что я сюда пришел?

— Почему я должна злиться?

— Потому что вы бросили меня там, а это обычно означает, что девушка не хочет секса.

Единственное слово, которое Зейди услышала в этой фразе, было «девушка», и она была счастлива.

— Поверьте мне, вы бы не захотели оказаться в месте, куда мы поехали потом.

— Что это было — какой-нибудь мужской стрип-клуб?

— Откуда вы знаете?

— Девичник? Да ладно вам. Вам положено ходить в стрип-клуб. Я только надеюсь, что вам не надоел вид голых мужчин.

Сознание того, что она вот-вот увидит голым Тревора, нахлынуло на нее. У нее не нашлось остроумного ответа. Она просто смотрела на него и глупо улыбалась, предвкушая всю радость, какая вот-вот на нее прольется.

— Могу я теперь поцеловать вас? — спросил он.

Зейди кивнула. Почему нет, черт возьми? Джейн трахается с парнями за деньги. Элоиз позволяет клиентам снимать себя на видео в постели. Марси приходится слушать, как ее муж испражняется. Она явно не большая извращенка, чем остальные.

Он сделал шаг по направлению к ней и положил руку ей на затылок, сжимая ее волосы, пока целовал ее. Невероятно. Она целуется с Трево-ром. В лифте. По дороге в номер отеля. На вкус он был как пиво. У него был теплый язык. Она ощутила, как набух его член от прикосновения к ней. Впервые за семь месяцев она снова чувствовала себя человеком.

Лифт звякнул, и они вышли. Зейди посмотрела на число на ключе и отыскала номер Джейн. Через три двери по коридору от номера Хелен. Она вставила ключ в дверь и дождалась зеленого огонька. Получилось с первой попытки. Отличный знак. В этот момент руки Тревора лежали на ее ягодицах. Потом он передвинул их, чтобы обвить ее талию.

— Не могу поверить, что я здесь с вами, — сказал он. — Я так долго о вас мечтал.

Зейди задержалась на мгновение, прежде чем толкнуть дверь. Она была мечтой Тревора. Если б только она могла записать это на пленку, чтобы потом прослушать.

Комната оказалась люксом, отделанным со вкусом, в землистых тонах, с бархатными темно-коричневыми драпировками. Очевидно, Джейн пришлось работать по ночам, чтобы позволить себе все это. А может, у нее была скидка для девушек по вызову. Зейди сбросила босоножки и села на кремового цвета шелковую кушетку, нервничая, — теперь, когда они попали в номер. Тревор ощутил это и пошел к мини-бару.

— Здорово. У них есть «Корона». — Он открыл бутылку и посмотрел на нее. — Хотите чего-нибудь?

Зейди углядела маленькую бутылочку «Хосе Куэрво» и решила, что ей лучше выпить этого сеньора, чтобы осуществить то, чего требовало ее либидо, но что ее рассудок все еще наполовину запрещал.

— Я буду текилу.

— Вам налить ее в стакан со льдом? — спросил он.

— Просто дайте мне бутылку. — Она отхлебнула и поставила бутылку на стол, понимая, что у нее нет ни лимона, ни соли. — Ты понимаешь, что никогда, никогда не сможешь об этом никому рассказать? — сказала она.

Он стянул майку через голову.

— Клянусь.

Он нагнулся, чтобы снова поцеловать ее. На этот раз обе его руки были в ее волосах. Почему, черт возьми, это так сексуально? Зейди не знала ответа, но сейчас она не собиралась останавливаться и анализировать это.

Он расстегнул ее рубашку и положил руки ей на груди. Сначала просто прикоснулся к ним, а потом взял их в ладони, будто поверить не мог, что они такие большие. Слава Богу, на ней был хороший лифчик. Тревору, конечно же, не стоило видеть ее потертые, вылинявшие лифчики «Тарджет». Она надела единственный атласный лифчик «Тайна Виктории» с открытыми чашечками, из которого та ее грудь, что была побольше, торчала на добрые полдюйма выше, чем та, что поменьше. Судя по тому, как Тревор сжимал их, словно они сделаны из пластилина, он никогда не заметит. Когда — зарылся лицом в ее грудь, она откинулась голой на подлокотник кушетки и вздохнула. Черт, проклятие, да!

— Что это? — Он вытащил из ложбинки между ее грудями пурпурное конфетти в виде пениса.

— О Боже! — сказала Зейди, про себя проклиная Дениз. — Не спрашивай.

Тревор разглядел его и засмеялся, а потом кинул в сторону, снова возвращаясь к поклонению ее грудям.

— Они потрясающие.

Она не могла заставить себя расстегнуть его брюки. Это стало бы слишком явным приставанием. Она дождалась, пока он взял ее руку и положил на свою ширинку, как обычно делают девятнадцатилетние мальчики, — насколько она помнила со времен юности, — прежде чем позво лила себе ощупать богатство, на которое все на бульваре Сансет смотрели влюбленными глазами. О Господи!

Она испуганно отдернула руку.

— Что случилось? — спросил он, в паузе между целованием грудей. Теперь она была без лифчика.

— Ничего. — Она старалась сохранять спокойствие. Ей, конечно, не стоит давать ему понять, что у него самый большой член из всех, какие она когда-либо держала в руке. Джек был крупный, но Тревор просто непристойно огромен. Неудивительно, что ему нравятся женщины в возрасте. Шестнадцатилетняя девочка посмотрит на это чудо и убежит. Зейди всегда считала, что мужчинам-моделям что-то подкладывают на этих плакатах. Оказалось, что это не так.