Ведьма в бессилии откинулась на спинку кресла, 'Надо сказать рабу, чтобы новое принес!'– подумала Дорохемия и, закрыв глаза, погрузилась в беспросветную тьму.

В эту новогоднюю ночь Вика получила мощнейший энергетический удар. Праздник проходил у Питера с Лидой дома. Генрих разлил шампанское по бокалам. Лидочка собиралась произнести праздничный тост. И тут Вика почувствовала, острую боль, прошившую тело, гигантской занозой с головы до пят.

… У нее перед глазами лица друзей начали превращаться в страшные головы упырей, и ей казалось, что она слышит хлопанье крыльев и какой-то ужасный голос, который раздавался все ближе и ближе. Она с огромным усилием воли встала и попыталась создать образ Агайи, но ее уже плотно окутал черный мрак, сотканный из тысячи химер и грифонов, которые шипели и когтями рвали ее нежное тело. Девушка в ужасе пыталась оторвать их от себя, хватаясь руками за одежду. Внезапно перед собой она увидела искаженное от ярости лицо страшной женщины, с разъяренным взглядом. Ее громкий, скрипучий голос разрывал барабанные перепонки в ушах:

– Агайя, маар дарана, шпако!* (Агайя, я убью тебя, собака! (скифск))'

Несчастная зажала голову руками и присутствующие с ужасом увидели, как она упала на пол и скорчилась от разрывающей ее боли.

– Уйди прочь, ведьма! Руки от меня забери! – Голос Вики переходил на истерический крик.

Все за столом замерли и ничего не понимая, смотрели на обезумевшую девушку. Агрессивный припадок у нее скоро закончился, и она без признаков жизни замерла, скорчившись на полу.

Генрих немедленно вызвал скорую помощь, а Питер с Лидой пытались в это время привести в чувство, беспомощно лежащую смуглянку.

Так Виктория оказалась в новогоднюю ночь в клинике, на больничной койке. Глаза девушки были закрыты, и на ее лице застыла печать ужаса и страха.

'Ей казалось, что она одиноко стоит среди звезд и мимо нее пролетают со свистом огромные метеориты. Она растерянно взглянула вниз, но везде была сплошная звездная бездна'

Лида с трудом уговорила врача, и он им разрешил проведать больную.

– Состояние у нее тяжелое,– говорил им лечащий врач, беспомощно разводя руками, – бредит, какие– то странные имена выкрикивает, если этот приступ не прекратится в ближайшее время, мы не сможем здесь больше ее держать.

– И что тогда будет? – Генрих с грозным видом подошел к врачу, – я вас спрашиваю, доктор, что дальше?

– Психиатрическая лечебница, – тяжело вздохнул пожилой человек в очках и опустил голову.

Лида решительно запротестовала:

– Никаких дурдомов! Генрих идите к главному врачу, уговаривайте его, пугайте! Сделайте все, что бы Вику никуда отсюда не забирали, – она подошла к своей подруге и, глядя на нее, задумчиво произнесла, – а мы пока поищем экстрасенсов, магов, парапсихологов – кого-нибудь кто ей сможет оказать помощь.

Генрих кивнул головой и отправился к главврачу больницы. А Лида с Питером стали обзванивать магов и колдунов, договариваясь с ними о встрече.

Так прошло несколько дней, поиски желаемого результата не приносили. Как только Лида показывала фотографию магу и рассказывала ему суть проблемы, он, мельком взглянув на изображение девушки, отказывался от дальнейшей помощи, ничего при этом не объясняя.

И вот последним в их списке оказался доктор оккультных наук. Он, так же как и его коллеги отказался от помощи, но напоследок сказал:

– Тут замешаны мощные энергетические силы, а я всего лишь простой человек!

– Вы можете сказать, хоть кто-то ей может помочь в этой стране?! – С мольбой в голосе его спросила Лида.

– Я попробую связаться с одной организацией, вполне возможно, что они смогут оказать помощь этой несчастной.

– Через какое время вам перезвонить, доктор? – Лида хотела хоть какой-то определенности в этом вопросе.

– Они сами с вами свяжутся, фрау Шнайдер, – отрезал доктор и закрыл дверь перед ее носом.

Дорохемия сидела в кресле и, не отводя своих злых очей, глядела на амулет. После ее энергетической атаки на Вику, хрустальный талисман долгое время был чист. И вот внезапно в амулете появлялось изображение деда в шапке ушанке со светлой бородой. Он стоял в просторной избе и его взгляд был устремлен на хрустальный шар, находившийся рядом с лежащей на кровати пожилой женщиной.

Дорохемия отчетливо слышала его голос в астральном поле, который вызывал дух Агайи: 'Агайя, скифская царица, помоги мне излечить эту несчастную женщину! Я шаман Каган, прошу тебя, не откажи в своей помощи!'