Из Торбальта мы выбрались довольно быстро, через другие ворота, оказавшиеся всего лишь немного подкопченными, но целыми, как и стены. Очевидно, основной удар город принял с той стороны, а здесь мятежники просто отвлекали внимание. Двое стражников без вопросов пропустили нас за стены, и мы вновь двинулись в путь, теперь уже по главному тракту, ни от кого не скрываясь. Подождав, пока мы окажемся подальше от города, я объявил короткий привал. Это было немного странно, так что мне пришлось объяснять, что я собираюсь переправить свой трофей в башню.

– А разве расстояние уже не слишком большое для безопасного перемещения? – осведомилась Виэрта.

– Для человека – безусловно, – согласился я, движением ладони снимая верхний слой почвы и обеспечивая себе ровную утрамбованную площадку для начертания пентаграммы перемещения. – Но для этого высшего эльфа – в самый раз. Ну а переместится по частям – сошью. А теперь не мешай мне.

Убедившись в ровности площадки, я стал выжигать рисунок на земле, стараясь делать все линии идеально ровными и одинаковой толщины – это необходимое требование для всех магических построений. С одной пентаграммой у меня ничего бы не вышло, так как она всего лишь служит стабилизирующей точкой в данный момент. Вот если бы такая же была в башне, то еще можно было бы попытаться осуществить перемещение, но ее нет, так как в подобном случае угроза проникновения во владения возрастает в разы. Сейчас же у меня с собой есть телепортационный амулет, которым я пользовался на рынке рабов. Он будет задавать точное направление, а пентаграмма придаст устойчивость и увеличит шансы успешного перемещения. И чем больше я вложу в нее силы, тем вероятнее благоприятный исход. Малая масса тела ушастого также играет мне на руку. Так что лучше попытаться избавиться от него сейчас – не тащить же с собой всю дорогу в Осо и обратно!

Черчение я закончил минут через десять, дотошно проверив все несколько раз и даже подключив к этому делу учениц. Общими усилиями мы отыскали и исправили пару незначительных погрешностей, не играющих большой роли, и только после этого я переправил в пентаграмму почти весь свой резерв, заставив линии и знаки на земле ярко засветиться.

– Нисса!

Змейка соскользнула с запястья на землю и, увеличившись в размерах, выплюнула нищего эльфа.

Наложив на него паралич, я пошарил и достал из сумы нужный амулет, который также подпитал до полного заполнения силой, попутно добавив указания хранителю, а затем надел на ушастого. Ну что ж, надеюсь, блокада столицы ослабла и не будет серьезной помехой для перемещения снаружи – все-таки основная его задача, не дать уйти из Форса, а не наоборот. Накопленная в башне сила обеспечит стабильный прием, так что соотношение шансов на успех будет примерно пять к одному. Переместив в центр пентаграммы неподвижного эльфа, я отошел на десяток шагов и только тогда импульсом активировал амулет. Яркая вспышка на мгновение ослепила меня, а образовавшаяся волна воздуха довольно чувствительно толкнула в грудь. Проморгавшись, я осмотрел потухшую пентаграмму, исчерпавшую все силы, и одним движением руки стер ее, набросав сверху ранее снятый слой травы. Теперь в этом месте никому ничего не удастся обнаружить, а оставшийся слабый след магии через день развеется. Сейчас остается только продолжать путь и ждать сообщения от хранителя.

Взобравшись на химеру, я выехал на тракт и вместе с отрядом поскакал дальше, бросив назад мимолетный взгляд – вот и исполнилось толкование Мириса. Посторонняя сила – а именно маги ордена Бездны – уже пыталась помешать моим планам, теперь вот пришел черед вспомнить старых врагов. Осталось третье и последнее толкование – встреча со слугами богов. И почему-то мне кажется, что эта встреча не сулит ничего хорошего, даже будь на моей стороне в два раза больше магов, чем сейчас. Ну да ничего, время покажет, кто был прав, а сейчас меня ждет только монотонная дорога, струящаяся за горизонт, под пригревающим летним солнышком.

Пять тысяч мятежников вошли в столицу почти под вечер, беспрепятственно продвигаясь к Купеческой полосе по буквально вымершим улицам. Герцог Брувель решил разделить свои силы на две части, поставив командовать второй своего заместителя: они вошли в город через главные ворота и через боковые, блокированные неприятелем. Это разом решало несколько проблем, несмотря на поджимавшее время и приказ лорда Дарона. Некроманты и вместе с ними отряды гильдии наемников предпочли отступить с занятых позиций, чем пытаться остановить две с половиной тысячи солдат и сотню магов. Идущие буквально по пятам войска королевы на время потеряли возможность присоединить к себе приличное количество воинственно настроенных и разозленных магов. Силы мятежников стягивались в один кулак перед нижними воротами во внутренний город, которые все еще удерживала королевская гвардия.

Сидящий на лошади лорд Дарон с раздражением наблюдал, как его войска вот уже пять минут не могут смять гвардейцев, обороняющих ворота, – выучкой и опытом они явно выигрывали по сравнению с наемниками, а относительно маленькая площадка перед ними не позволяла использовать единственное преимущество в количестве войск. Орденцы только разводили руками и жаловались на слишком большое количество магов у оборонявшихся. Черпая силу из вмурованных в стены накопителей, гвардейцы могли держать ворота не меньше часа. Под малыми стенами уже скопилась большая гора трупов, по которым взбирались атакующие, цепляя все новые штурмовые лестницы. А время все утекало сквозь пальцы, буквально давя незримым прессом на плечи, с каждым мгновением уменьшая оставшиеся шансы на успех переворота.

– Герцог, – обратился Дарон к находившемуся рядом Брувелю, – если наши войска не способны захватить какие-то жалкие ворота, то пусть проломят стену, уж на это силы наших магов хватит с лихвой.

Новый приказ по цепочке ушел к не принимавшим участия в схватке войскам, и вот, недалеко от штурмуемых ворот, маги сровняли с землей мешающий дом и принялись долбить заклинаниями стену. Наложенные при строительстве на камень защитные заклинания таяли почти мгновенно. Несмотря на свою исключительную толщину и высоту, стена не предназначалась для противостояния сразу нескольким десяткам магов и стала постепенно трескаться и крошиться, разрушаясь. Королевские гвардейцы хоть и заметили обходной маневр мятежников, но оказались не в состоянии что-нибудь предпринять, будучи связанными боем. Но командовали ими отнюдь не дураки – практически сразу, как послышался грохот разлетающихся камней, по ту сторону заиграл рожок, приказывая отступить с занятых позиций. В это же мгновение сильнейший магический удар в виде вздыбившейся земли откинул мятежников от стен, и гвардейцы поспешно отступили.

– Быстрее проломите защиту ворот и не дайте им уйти, – раздраженно рявкнул Дарон на стоявшего рядом представителя орденцев, осуществлявшего связь со всеми магами.

– Мы не успеем, мой лорд, – возразил герцог, – кроме этих ворот нам придется проламывать большие и еще одни малые, так как при отходе они наверняка повредили механизмы открытия. По крайней мере, я бы так поступил.

– И почему мне в последнее время ни в чем не везет? – в пространство пожаловался брат королевы. – Ладно, ломайте пошире проход и проводите войска, мы должны в течение двадцати минут быть под стенами дворца и не дать гвардии толком закрепиться для обороны.