На самом деле не слепок ауры, а дыхание души, но им об этом незачем знать. Восстановив привязку, я заставил голема сесть и прикоснулся к узору на его груди своим накопителем, создав канал перекачки. Бледно-серые линии, охватывающие все тело конструкта, начали слабо разгораться по мере заполнения резерва моего создания и, став ясно различимыми, через пару мгновений погасли. Я убрал обратно на шею накопитель и приказал действовать по обстановке, как и раньше. Держащая щит рука рыцаря разжалась, и оплавленный металл упал в стороне, а он сам поднялся и, схватив правой рукой меч, застыл рядом со мной.

– Ну что ж, с этим разобрались, можно ехать дальше, – подвел итог я.

– Может, передохнем до завтра? – предложила рашаду. – Маги все устали, а до вечера не так уж много осталось.

– Не получится, – покачал головой я, – не знаю, засекли ли смерть патриарха его соратники, но то, что на его поиски скоро пошлют разведчиков – это точно. Да и бабахнуло более чем здорово, чтобы привлечь нежелательное внимание. Поэтому убираемся отсюда как можно быстрее и дальше.

Покопавшись в сумке, я вытащил большой мешочек с монетами и вручил ей.

– Держи, здесь сотня золотых, половина на дорожные расходы, а вторая половина трактирщику – пусть бежит со всеми отсюда как можно быстрее и дальше, если ценит свою и родичей жизни.

– Хорошо.

Выбираться по осыпающимся стенкам ямы нам не пришлось – все та же магичка, которая работала с землей, сделала широкие и удобные ступени, по которым мы и выбрались. Ну и денек сегодня выдался, прямо как во времена моей молодости. Вот только я уже не тот, что раньше, и порядком устал.

Широко зевнув, я закрыл рот и решил, что посплю в дороге, благо на Хорхе и вдвоем можно ехать. Приказав по ментальной связи Равиле садиться на мою химеру, я снял с пояса флягу с зельем и сделал большой глоток. В желудок прокатилась огненная волна, разойдясь оттуда по всему телу, на время смывая боль и усталость. Девушка уже взобралась на моего зверя, отдав своего волка Ришане, поэтому, не став терять время, я устроился перед ней, направив зверя по дороге от столицы. Двойная нагрузка для этого хитрюги ничего не значит – он способен везти, не напрягаясь, четырех таких как я, а на его на широкой спине всаднику удобно и без седла, да и свалиться при таком плавном шаге не способен даже ребенок, не говоря уж об остальных.

Накинув капюшон куртки и спрятав кисти в рукава, я уткнулся подбородком в грудь и, опершись на девушку, почти сразу заснул под плавный шаг Хорха.

Обе ученицы целителя ехали по дороге бок о бок, почти касаясь сапогами, что позволяло им тихо разговаривать между собой, не опасаясь быть услышанными кем-либо еще.

– Я всегда знала, что старикан умеет устраиваться, – ухмыльнулась Виэрта, обращаясь к едущей рядом Шэринаре, кивая на спящего мага и обнимающую его девушку, – особенно хорошо это видно именно сейчас.

– И где ты нашла старика, – сверкнула глазами орчанка, – учитель в самом расцвете сил, у нас в таком возрасте вовсю сражаются и детей делают!

– Да я в общем-то и не спорю, – отмахнулась женщина, – я просто обращаю твое внимание на «подушку» учителя.

Орчанка немного помолчала, но все же тихо буркнула себе под нос:

– Я бы не отказалась поменяться с ней местами.

– Так ты тоже?..

– А что в этом такого? – пожала плечами Шэринара. – У Эрдана достоинств хоть отбавляй.

– Не спорю – он сильный маг, не урод, всегда добр к своим ученикам и поддерживает нас, даже отпустив на вольные хлеба, – стала перечислять целительница, – кроме этого, безумно богат, не жмот и имеет громадный опыт.

– Это не упоминая пары самых главных достоинств, – ехидно подхватила клыкастая магистр, – он не женат, детей и наследников у него тоже нет. Я прекрасно знаю, какие качества ценят люди, выбирая себе пару. Вот только у нас, орков, другая система ценностей – для нас важнее всего репутация и доблесть будущего жениха. Если он запятнает свою честь или будет трусом, то никто на него не взглянет, несмотря на все его богатства.

– Ну и как же ты оцениваешь учителя? – скептически покачала головой целительница.

Магичка хотела уже ответить, но тут мимо них проехала одна из наемниц, и пришлось на время прерваться. Немного подождав и убедившись, что никто не обращает на них внимания, она спросила:

– Ты ведь знаешь, что Эрдан без презрения относится к моей расе, в отличие от многих людей?

– Да, он же сам нам рассказывал, что на четверть орк, хоть по виду этого и не скажешь.

– Так вот, он входит в Совет старейшин племени Степная гора. Это наши соседи. Наши шаманы его тоже очень уважают. Понимаешь, занять высокое положение нечистокровному орку почти невозможно. Я не знаю, что же такого невероятного нужно совершить, чтобы заслужить такое уважение среди орков. Кстати, ходят слухи, что основатель их племени – тоже легендарная личность – приходится ему дедом… При таких достоинствах неудивительно, что на него вешаются все незамужние орчанки – если не стать женой, так хоть ребеночка зачать. Да что там говорить, если у всех выживших ветеранов последней эльфийской войны не менее трех жен, а не жен никто и не считает…

– Да-да, я знаю, сильная кровь, высокая смертность мужиков и как результат – многоженство и всякое разное, – отмахнулась Виэрта. – Но не думаю, что если бы учитель был воином, то по-прежнему пользовался такой популярностью.

– Не без этого, – пожала плечами орчанка. – Каждое племя стремится увеличить количество и силу своих магов и шаманов, так что нет ничего удивительного в том, что они стремятся свести своих дочерей с сильнейшими магами. Меня тоже ожидал бы союз с одним из одаренных племени, если бы не нападение работорговцев Сунара.