Меня пробил холодный пот, и по коже побежали мурашки – я вспомнил, чем вызвано подобное чувство! Этот выкидыш трупа решил принести себя в жертву Бездне и вот-вот закончит ритуал! Чтоб его эльфы пытали вечно! Патриарх с самого начала не надеялся на выигрыш и готовился захватить всех нас с собой!

– Все силы на щит, – еле выдавил я из мгновенно пересохшего горла и закрыл глаза, погружаясь в нечто вроде транса, ускорявшего работу разума в разы.

Вызывая из глубин памяти печать за печатью, я напитывал их силой и выжигал в окружающем пространстве.

Мне казалось, что прошли часы, но, когда я открыл глаза, ощутив присутствие пока еще не проявленных печатей, горящих синим пламенем в моем разуме, прошло не больше нескольких мгновений. Маги только начинали усиливать защиту своей силой, послушавшись моего приказа. Глубоко выдохнув, я разместил проявившиеся печати вокруг патриарха, и они начали медленно вращаться вокруг него, все ускоряясь и сливаясь в круг голубого пламени.

– Успел, – выдохнул я облегченно и присоединился к укрепляющим защиты магам, только сейчас ощутившим дыхание Бездны.

Свой резерв у меня почти весь истратился, но я воспользовался накопителем, прихваченным с собой на крайний случай, похоже, наступивший сейчас.

– Сейчас рванет, – сглотнул Риворастэ.

И словно в ответ на его слова, тело человека подернулось бесцветной дымкой и взорвалось хлынувшим во все стороны потоком мутной туманной массы! Но мои печати сделали свое дело – дальше небольшого кружка, огороженного синим огнем, эта пакость не смогла продвинуться. Но этого оказалось явно недостаточно для остановки мощи Бездны, на время хлынувшей в наш мир, – печати постепенно начали замедлять вращение, до тех пор, пока не остановились полностью.

– И что сейчас будет, магистр? – дрожащим голосом спросила Дирона, наблюдая, как руны, и так ослепительно горящие, начали дрожать и превращаться в маленькие звезды, нестерпимо сверкая даже сквозь нашу тройную сферу.

– А сейчас будет большой бум, – отрешенно отозвался я, – против которого и понадобится защита.

Наконец печати не выдержали и с оглушительным взрывом лопнули, высвобождая потоки света во все стороны, выжигая остатки льда, канал связи с Бездной, в который превратился человек, и отправляя нашу трехслойную сферу защиты в полет! За мгновение до того как удариться в стенку сферы, я успел поразиться тому гигантскому количеству высвободившейся силы, легко сделавшей почти невозможное, а также подумал, что в этот раз обычными синяками не отделаюсь – личный амулет не работает, чтобы не повредить структуры щитов при соприкосновении: за мной же летела орчанка. Врезавшись в материальную структуру защиты, я еще успел порадоваться, что повернул голову, оберегая лицо, а затем мне в спину всем своим немалым весом врезалась ученица.

С неприятным хрустом свет в моих глазах померк, и я провалился во тьму.

В сознание я пришел от резкой боли во всем теле, уже после того, как мы пролетели, болтаясь в магической скорлупе, по воздуху и приземлились далеко от места взрыва. Разлепив глаза, я первым делом оценил собственное состояние. Множественные трещины ребер с одним переломом, трещина в черепе, выломанная в суставе рука и отбитые внутренности наряду с кучей синяков не внушали радости.

Впрочем, я очнулся первым, остальные так и валялись неподалеку без сознания прямо на голой земле. Очевидно, сферу повредила волна силы, отправившая нас в полет, и при приземлении потрепанные плетения не выдержали, распавшись. Приподнявшись на здоровой руке и морщась от боли в ребрах, я сел и принялся лечить свои повреждения. Для магистра такие пустяки не проблема. Вот если бы кости раздробились и вонзились во внутренние органы, то без посторонней помощи пришлось бы помучиться. Укрепив треснувшие кости и наложив силовой каркас, я снял отек с тканей и, повернув правильно левую руку, вправил ее в выломанную костную сумку сустава. Придется ее пару дней не напрягать, пока все хрящи не срастутся.

Пока я занимался собой, рашаду и орчанка зашевелились. Ну, учитывая их живучесть и звания, в этом нет ничего удивительного, могу поспорить, они отделались простыми ушибами и ссадинами, в отличие от людей. Поднявшись на ноги, я проковылял к Виэрте, лежавшей неподалеку. Если доверять обследованию, у нее лишь легкое сотрясение мозга и трещина в одном ребре – сравнительно легко отделалась.

– Учитель, вы в порядке? – осведомилась Шэринара, с охами поднявшаяся на ноги и заметившая меня.

– Неплохо, но если бы кто-то не использовал меня в качестве подушки, то было бы еще лучше, – хмыкнул я в ответ.

Мгновение ученица смотрела на меня непонимающе, а потом, сообразив, что я имел в виду, резко покраснела:

– Простите, учитель.

– Не бери в голову и прекрати смущаться, ты ведь уже взрослая девочка, – отмахнулся я, – лучше помоги мне осмотреть остальных и привести их в сознание.

Кивнув, она прошла к лежащим магам и стала проверять их состояние. К счастью, в магической академии всех учат минимально необходимым навыкам и заклинаниям для исцеления не только окружающих, но и себя. Похлопав целительницу по щекам, я дождался, пока она очнется.

– Учитель? Что произошло? – были первые слова Виэрты.

– Взрывом нас отправило в полет и при приземлении немного помяло, – устало вздохнул я, присаживаясь рядом. – Но главное – мы выжили. Так что приступай к своим прямым обязанностям.

Проследив за моим взглядом, ученица заметила остальных и не мешкая поднялась. Ну что ж, если Ви ими займется, то мне можно и отдохнуть пока, хотя на голой земле не слишком мягко. После недолгого колебания я отогнал лень и решил внимательно осмотреться – что-то наемниц не видно, хотя нас не могло откинуть далеко и они уже должны быть здесь. Или в крайнем случае мои телохранительницы и Хорх, всегда знающие точное расположение своего хозяина. Кстати, этот хвостатый хитрюга смылся с места битвы так незаметно, что я и не обнаружил его отсутствия, несмотря на то, что был свободен почти до самого конца битвы.