Тенар промолчала.

В дом вбежала Ферру, и Ларк запричитала:

— Вот и моя лапушка пришла! Ну, обними меня, моя девочка!

Ферру торопливо обняла ее и тут же спросила своим хриплым, невыразительным голоском, всматриваясь в лица Ларк и Тенар:

— Что за мужчин они поймали?

Тенар положила веретено и нехотя ответила:

— Один из них — Хэнди. Другого зовут Снаг. Того, кого ранили, зовут Хейк.

Ее глаза задержались на лице Ферру. Оно горело огнем, шрамы побагровели.

— Женщину, которую они убили, звали, кажется, Сенни.

— Сенини, — прошептала девочка.

Тенар кивнула.

— Они убили ее до смерти?

Тенар опять кивнула.

Девочка оглядела комнату, как это сделали перед этим женщины, но ее взгляд, казалось, видел дальше этих каменных стен.

— Вы их убьете?

— Возможно, их повесят.

— Насмерть?

— Да.

Ферру почти безразлично кивнула и вновь выскользнула во двор, присоединившись к игравшим у колодца детям Ларк.

Обе женщины не проронили ни слова. Они молча пряли и штопали, сидя у очага в доме Флинта.

Затянувшееся молчание прервала Ларк.

— Что стало с тем парнем, пастухом, который следовал за ними до самой Фермы? Ты вроде говорила, что его зовут Ястреб?

— Он спит там, — сказала Тенар, кивком головы указав в глубь дома.

— А-а, — протянула Ларк.

Колесо прялки взвизгнуло.

— Я знала его и до вчерашней ночи.

— Ага. По Ре Альби, не так ли?

Тенар кивнула. Колесо вновь взвизгнуло.

— Для того, чтобы преследовать тех троих и напасть на них в темноте с вилами, нужно обладать немалым мужеством. Он уже не молод, ведь так?

После некоторой паузы Тенар продолжила:

— Он перенес тяжелую болезнь, и ему нужна была работа. Я послала его сюда, чтобы он помог Клирбруку. Но старик думает, что все еще в силах сам справиться с работой по ферме, и поэтому он отослал его в горы, к Истокам, пасти овец. Ястреб как раз возвращался оттуда.

— Думаешь теперь оставить его здесь?

— Если он захочет, — сказала Тенар.

Очередная группа жителей деревни пришла на Ферму-под-Дубами, желая услышать рассказ Гохи и поведать о своем участии в поимке убийц, взглянуть на вилы и мысленно соотнести их грозные острия с тремя кровавыми пятнами на повязках человека по имени Хейк, а затем вновь обсудить случившееся. Когда, наконец, наступил вечер, Тенар облегченно вздохнула, позвала со двора Ферру и захлопнула дверь.

Она подняла было руку, чтобы задвинуть засов, но усилием воли заставила себя опустить руку и отойти от двери, оставив ее незапертой.

— Сокол — в твоей комнате, — сообщила ей Ферру, принеся на кухню яйца из кладовой.

— Я забыла сказать тебе, что он здесь… Извини.

— Я знала это, — сказала Ферру, умываясь и моя руки. А когда в комнату вошел еще до конца не проснувшийся, с всклокоченными волосами, Гед, она тут же бросилась к нему.

— Ферру! — воскликнул он и подхватил ее на руки. Она на миг прижалась к нему, но тут же отстранилась. Гед опустил ее на пол.

— А я знаю начало «Сотворения», — сообщила она ему.

— Ты споешь его мне?

Бросив взгляд на Тенар и получив разрешение, он сел на свое место у очага.

— Я могу только рассказать его с выражением.

Он кивнул и весь обратился в слух. Лицо его посуровело.

Создание ли проистекает из небытия,

Конец ли — из начала, Кто знает наверняка?

Единственное, что нам известно — дверь между ними, которую мы проходим поодиночке.

Первым явился оттуда Сегой,

Привратник…

Голос девочки напоминал скрежет металла, трущегося о металл, шелест сухих листьев, потрескивание дров в костре,

И тогда из светлой пены показалось Эа.

Гед одобрительно кивнул.

— Очень хорошо, — сказал он.

— Вчера вечером, — сказала Тенар. — Она выучила песню вчера вечером. Теперь кажется, что это было год назад.

— Я могу выучить еще, — похвасталась Ферру.

— Верно, — сказал Гед.

— Пойди вымой тыкву, пожалуйста, — попросила Тенар, и девочка подчинилась.

— А что мне делать? — спросил Гед. Тенар изумленно посмотрела на него и ответила не сразу.

— Нужно наполнить чайник водой и вскипятить его.