– Странный лес, - сказал Реми, оглядываясь. Арбалет лежал у него поперек седла.

– Что в нем странного?
– спросила Ирам.

– Подлесок. У нас на Акаи в сосновых лесах только рябина растет, лес прозрачный, далеко в обе стороны видно - бывает, что метров на семьдесят, на сто. А тут такие кустищи!

– У нас на Ашдоле вообще нет таких лесов, - сказала Ирам.
– У нас голосемянные - редкость, а такие крупные - и подавно. На Ашдоле и лес, и подлесок были бы широколиственные. Ну, в наших широтах, понятное дело.

Реми и Ирам углубились в сравнительный видовой анализ. Клю тем временем говорила Йону:

– Все-таки почему Легин сам не выходит на связь? У нас же его браслет.

– Во-первых, - отвечал Йон, - браслет без усилителя через "нулевку" не работает. А усилителя у меня нет. Космонавты всегда носят офицерский кей, но я-то не космонавт и не офицер. А во-вторых, один Бог знает, где сейчас Легин и что с ним. Он, правда, сказал, что они с Ёсио живы и уже на свободе, и, мол, идут по нашему следу. Но...

Эвис впереди поднял руку в кожаной рукавице, и Йон замолчал. Из-за поворота дороги, метрах в пятидесяти впереди, показался новый патруль.

Едва взглянув на подорожную, стрелки замахали руками.

– Не рискуйте. Мы видели двух разведчиков всего в полумиле отсюда.

Эвис и Йон переглянулись.

– Зеленых?

– Нет... Местных. Только незнакомые какие-то. Похожи на лесовиков из-за Горелых Холмов.

– Ну, двое...
– сказал Эвис.
– Нас все-таки семь бойцов.

– Дело ваше, храбрый воин, - сказал старшина патруля.
– Всемером, конечно... А то подождали бы обоза.

– Обоза может до завтра не быть, - сказал Эвис.
– А тут стоять - все равно, что вперед ехать. Ехать-то лучше днем, а так нам что ж, прямо тут ночевать?

– Ну, ночевать все одно в лесу будете, так, кстати, с дороги-то сворачивайте...
– сказал один из караульных.

– А ты учи меня, - беззлобно усмехнулся Эвис, и путники двинулись дальше.

Около часа прошло в молчании. Лес как-то притих, дажекральикуда-то пропали.

Вдруг Эвис остановился, вглядываясь в чащобу, подступившую к самой дороге.

– Дага, - позвал он наконец.

Дага подъехал к нему.

– Скачи назад. Найди патруль и дуй прямиком к дуфу Эданио. Скажи, пусть сюда отряд пришлет. Нет, пусть лучше нашему князю эстафету пошлет, пусть вместе вдарят.

– Разведчики?
– только и спросил Дага.

Эвис кивнул.

– Место запомнил? Ну, давай. Будем день ждать тебя в Бано и день в Ветаула, если не поспеешь. Один не езжай, с обозом давай.

Дага коротко отсалютовал и повернул бадана. Проезжая мимо брата, он махнул ему рукой и скоро исчез за поворотом дороги.

Путники же по сигналу Эвиса с удвоенной осторожностью двинулись вперед.

Прошло около получаса. Дорога постепенно сворачивала к востоку, огибая непроходимые заросли по левую ее сторону. Путники поневоле сбились в кучу, даже Тамор подъехал поближе.

Вдруг Реми сказал:

– Мы обнаружены. Справа кто-то есть.

– Я не слышу, - растерялся Эвис.

– Я слышу, - тихо сказала Клю.
– Пять или шесть их там.

Эвис быстро поднял руку, и все остановились, затихнув.

– Да, - сказал всадник наконец.
– Есть кто-то. Ходу. Они пешие, обгоним.

Баданы недовольно крякнули, и отряд устремился вперед. Расслышать в топоте скачки и звоне снаряжения, поспевает ли пешая погоня справа, было невозможно. Но вот через несколько минут кусты стали отступать от дороги, кроны деревьев вверху разошлись, и отряд вылетел на довольно обширную поляну. Эвис вновь поднял руку, чтобы остановить отряд, и отряд затормозил в фырканьи и блеянии баданов.

И тогда со всех сторон поляны из-за кустов к ним молча бросились десятки людей с копьями, арбалетами и в серых плащах.

Путники вскинули было свое оружие - и опустили. Не меньше тридцати арбалетов было нацелено на них отовсюду. Йон подумал, что и его пистолет здесь не помог бы.

Йон обвел глазами нападавших. Заросшие, грязные, люди в серых плащах были тем не менее прекрасно вооружены и одеты вовсе не в лохмотья.

– Спокойно, - бормотал Эвис.
– Спокойно.

Из-за спин пеших стрелков и копьеносцев появились два всадника. Йон впился в них глазами.

Первым на жилистом сером бадане ехал... Ну точно покойный сержант Резабай, что разбил Йону лицо на другом краю мира три недели назад. Небритый, носатый, чернявый. Он был в относительно свежем зеленом комбинезоне, на голове - подшлемник с рацией.