— Я думаю, ты не будешь против, если мы просто выспимся? Я устал смертельно, честное слово… — Удивлённая Вэллия согласно кивнула несколько раз, и Ниард поцеловал её в горячую щёку. — Я знал, что ты поймёшь меня, дорогая…

Так для неё прошла её первая брачная ночь. Её муж, можно сказать, даже не прикоснулся к ней. Утром Вэллия проснулась в пустой постели, Ниарда уже не было, и как он ушёл, она тоже не слышала. Последние два дня так вымотали её, что она проспала эту ночь, как убитая.

* * * * *

Её разбудила служанка, она принесла дров для камина, улыбалась молодой госпоже, быстро говоря:

— Просыпайтесь, скоро завтрак… Поздний завтрак. Гости уже уехали на охоту вместе с вашим супругом. Вас будить не стали, так распорядился господин.

— И он уехал? — Вэллия удивилась, вот так муж.

— Я помогу вам одеться, в соседнюю комнату уже затащили ваши сундуки, у вас же есть подходящее платье? — Молодая девушка во всём хотела угодить новой хозяйке.

— Конечно, у меня всё есть…

Вэллия поднялась, в комнате было холодно, за январскую ночь всё тепло выдуло в щели. Служанка подала свою шаль, Вэллия тут же закуталась в неё.

— Через этот гобелен вы попадёте в другую комнату, — девушка указала рукой на вышитый гобелен на стене, — там ваши сундуки… Если немножко подождёте, я помогу вам… — Она пыталась растопить камин, укладывала сырые дрова. Вэллия присела на край постели. Огонь долго не хотел гореть, и служанка, смущённо улыбаясь, оправдывалась:- В этом году столько снега, даже в дровяники намело, лежат, лежат, пока загорятся…

— Обычно меньше снега? — Вэллия поддержала разговор.

— Обычно, да… Зато морозы этой зимой небольшие, слава Богу… ветра только… Ещё и морозы, может, будут, кто знает… до весны далеко…

Скоро девушка управилась с камином, вместе с Вэллией они прошли в смежную комнату, чтобы поискать одежду в сундуках. В этой комнате камин не топили давно, здесь тоже стояла кровать, узкая, холостяцкая, стол и несколько кресел простых, деревянных.

— Это для кого эта комната? — спросила Вэллия.

— Здесь иногда господин засиживается допоздна или ночует… Мы топим её редко, так, раз в неделю или дней через пять…

Служанка помогла Вэллии переодеться в тёмное шерстяное платье киртл с глухим воротом под горло, затянула шнуры на лифе по бокам, подала котарди — узкий пиджак до половины бедра с длинным рядом круглых пуговиц, а для тепла — сюрко — жилетку, обшитую мехом, с длинными узкими прорезями. Девушка ловко собрала под сеточку волосы госпожи и аккуратно втолкнула шпильки. Вэллия накинула на плечи шерстяную шаль и надела деревянные башмаки; с чулками и носками они почти не хлябали на ногах.

После завтрака Гелла повела молодую госпожу по замку, показала все комнаты и углы, кладовые и мастерские, конюшни, псарни, пекарню, мельницу. Вэллия посетила маленькую церковь и познакомилась с Бергским священником, отцом Валерианом. Он был молодым и служил в этом приходе только второй год, сменил умершего священника. Вэллия смутилась, встретившись с ним: он такой молодой, чуть старше её самой, как можно ему исповедоваться? Как просить у него совета? Как она может рассказать ему о своём интересном положении? Господи…

Ей понравилось, что в замке был свой сад, правда, маленький и неухоженный, без хозяйки в замке его забросили. Весной, когда зацветут яблони и груши, здесь будет очень красиво.

Несмотря на маленькие размеры замка, при церкви были госпиталь, приют на несколько человек и огород для лекарственных растений. Монахи и служители церкви следили за всем этим, лечили больных, заготавливали травы.

Сейчас всё было прикрыто снегом, неприветливое и холодное. Придётся ждать весны, чтобы оценить всё это по достоинству.

Да, замок был небольшим, это не размах графского замка сеньора графа Вольдейна, откуда недавно только приехала Вэллия. Ей придётся долго привыкать к новому месту, полюбить его или хотя бы привыкнуть, стать матерью наследника этих земель.

Уже после обеда вернулись с охоты гости. Вэллия, кутаясь в шаль, встречала их во внутреннем дворе замка. У колодца слуги свалили всю дичь, крутились собаки и мокрые лошади. Убитая птица, кабаны и олени лежали на снегу все вместе, и кровь пропитывала снег под ними. Слуги ловили уставших собак за ошейники, утаскивали их на псарню, конюшие уводили лошадей в конюшни.