— Я у него единственная дочь… и не надо так о моём отце, вы его совсем не знаете…

— Поверь мне, я его прекрасно знаю…

Девчонка ещё что-то хотела добавить, но так сильно и глубоко схватила холодного воздуха, что приступ внезапного кашля не дал ей и слова сказать.

Алдор проводил её до пещеры, принёс дров и раздул огонь. Когда костёр хорошо разгорелся, он примостил на камень кружку с водой и укутал девушку одеялом. Всё это время Вэллия молчала, недовольно поджав губы, только кашляла. Потом Алдор ушёл поить лошадь. Девчонку связывать он не стал, разве соберётся она куда-нибудь пойти в своём-то состоянии.

Алдор напоил лошадь и переносил все дрова в пещеру. Вэллия наблюдала за ним, прижимая к подбородку и губам тёплое одеяло. Хотелось есть, постоянное чувство голода за последние дни не давало покоя. Когда уже всё это закончится? Когда она, наконец, вернётся домой? Когда из её жизни пропадёт вся эта неизвестность, эти страхи и тревоги? Когда она вернётся к отцу? Что ещё эти люди придумают?

Алдор, стоя на колене, ломал сухие ветки и подбрасывал их в огонь. Вода в кружке уже парила и, помешав её чистой палочкой, Алдор выгреб из кармана горсть сухих ягод шиповника.

— Вас всё равно поймают… — подала голос дочь графа, и Алдор от неожиданности вздрогнул, вскинул голову и поглядел исподлобья. — Отец ищет меня… Он не даст вам увезти меня из графства… Вот увидите…

— Посмотрим…

Вода в кружке закипела, и Алдор отодвинул её с огня на каменный пол пещеры, прихватив ручку краем плаща. Добавил негромко:

— Скоро вернётся Корвин и всё расскажет… Чего тебе бояться? Да, сейчас тебе нелегко, нам, представь себе, тоже не легче, мы в тех же условиях, что и ты… Ничем не лучше… Когда приедем в Лион, тебе окажут почести, достойные твоего происхождения. Ты будешь почётной заложницей. Не думаешь же ты, что граф Доранн будет убивать графских дочерей?

Вэллия усмехнулась небрежно и бросила, скривив губы:

— А мой отец, по вашим словам, убил вашу семью, кто вы там были? Рыцари?.. Или крестьяне?..

— Князья… — Алдор почувствовал, как сами собой стискиваются зубы. Как она могла так говорить? Как смела? — Граф Доранн благороднее твоего отца… он никогда не позволит такого…

— Князья? — удивлённо переспросила. — Что-то я не слышала ни про каких князей, которых бы разорил мой отец!

— Ты тогда, наверное, ещё и не родилась, или было тебе очень мало… Это земли Берга…

— Берга? — Она усмехнулась. — Берг — это не княжество, это — марка на границе, вы что-то путаете… Этими землями управляет маркграф Ролд…

— Он управлял ими когда-то, — он перебил её, проговаривая каждое слово по слогам, — десять лет назад его земли достались старшему сыну, а недавно — младшему… Вы думаете, я этого не знаю?

Дочь графа упрямо смотрела ему в глаза, конечно, он всё это знал, и всё равно…

— Бергские земли — не княжество совсем, это — марка в приграничных землях моего отца. Вы не правы и не хотите это признавать.

Алдор помолчал немного, сжимая и разжимая зубы, не сводил глаз с её лица. Каких сил стоило ему держать себя в руках. Откуда такое упрямство? Такая уверенность в правоте своих слов?

— Я прав, — заговорил Алдор, теряя последнее терпение, — вы всего не знаете… Если что, потом спросишь своего отца, откуда у него эти земли… — Переходил с "вы" на "ты" и обратно, добавил:- Он объяснит тебе, где он их взял… Почти двадцать лет назад эти земли были свободным княжеством, а теперь вдруг стали маркой у твоего отца… — Усмехнулся. — Правда всё равно восторжествует…

— Вы собираетесь забрать их?

— Граф Доранн обещал мне…

— Вы что, собираетесь начать войну? — Она была сильно удивлена и взволнована. — Вы хотите воевать?

— Добровольно твой отец не отдаст мои земли…

— Так вы хотите доставить меня не просто к противнику или сопернику, а к врагу? Врагу моего отца? Это же подло!

— Иначе граф никогда не согласится вернуть мои земли…

— Вернуть земли? — Она усмехнулась хрипло. — Неужели вы думаете, что граф Лионский развяжет войну с моим отцом только для того, чтобы вернуть вам землю? Да будь граф Лион, по вашим словам, хоть трижды благороднее моего отца, он и пальцем не шевельнёт, если не будет личной выгоды…

— Да пусть и будет! У вашего отца много земли…

— Да он никогда не проиграет эту войну! О чём вы думаете? — Она так разволновалась от их разговора, что даже кашель перестал донимать её. Глаза блестели яростным огнём, вся она была охвачена предметом разговора.

— У нас же будете вы! — остановил её своей фразой Алдор, и тут девушка осеклась, замерла, и плечи её поникли. — Вы же дороги своему отцу, у него больше нет дочерей…

— У меня есть брат — наследник… — прошептала чуть слышно, словно обречённо.