Сердце мое стучит от волнения и мышечных судорог от скольжения в глубину. Ребра разрываются, все тело стонет и задыхается. Но я плыву еще ниже, приближаюсь к уцелевшей турбине и вонзаюсь в нее своим телом!

Через минуту, почти вертикально, Тифон бьется в каменистое дно. Волна деформации идет через корпус, сминая броню как бумагу, круша железное и живое.

Огромный корабль складывается гармошкой и раскалывается пополам…

Когда прибой выносит останки Тифона к берегу — осколки отделки, каютный скарб и ошметки трупов — над дальними селами «юных» разжигаются большие костры. В звездное небо, совсем не похожее на то, что можно видеть на старых астрономических картах, вздымаются столбы дыма.

Это Двалин и я.

Мы с напарником поднимаемся от костров и плывем в царство духов, запретное, но священное — там ожидают нас предки.

Под нами, над выжженными солнцем песками Сибирской пустыни, над жаркими водами Черного океана, что звался древними Ледовитым, стелются гимны и песни. Они вещают о многом — о вере и преданности, о жизни и о любви. Но главное — они вещают о Мире.

Народы «юных» не воюют между собой. Мы нелюди. Мы — не люди.

Мутанты, рожденные в пламени радиации. Новая раса, зачатая от войны.

Говорят, чтобы обрести покой, каждый «юный» обязан пройти через испытание — искупление кровью, очищение огнем.

Земля прошла этот путь, и лишь бесконечное Будущее — чистое, как обезлюдевшая планета, ожидает нас впереди.

Остатки человеческих субмарин еще прячутся в глубине океанов.

Но меж костров, глядя на Двалина и меня, воздев головы к небесам, поют песни новые Ловцы Кораблей.

Каждый ждет часа ловли и отомстит за угрозу, исходящую от стальных рыб.

Ведь мы нелюди. Мы — не люди.

И мир в этом Мире зависит только от нас.