КСЮША (через плечо). Зачем ты тогда в парке Туркво доводил отца?

ДЕНИС (кладет трубку рядом с телефоном). А что?

КСЮША. Отец рассказывал тебе про дальнобойные пушки, а ты вел себя.

ДЕНИС. Я ничего не…

КСЮШГА. Он говорил, что если выстрелить, то ядро долетит до бабулиной квартиры на Чиланзаре.

ДЕНИС. А я просто спросил, зачем стрелять в бабулю…

КСЮША (взвизгивает). А отец сказал, что ты тупой, как узбек.

СОКОЛОВА (прислушивается). И он потом со мной целый день не разговаривал — только лупил уток в тире.

ДЕНИС. Я ведь просто пошутил про бабушку!

СОКОЛОВА (вскрикнув). Да если бы мы хотели, мы бы давно весь Чиланзар разгромили ядерными и термоядерными этими! А мы ее тут держим и лечим для чего?

ДЕНИС. Для чего?

СОКОЛОВА (сначала думает). Чтобы она на ноги встала и мой долг перед матерью, которого в вас нет.

КСЮША (не отрываясь). Во мне — есть.

СОКОЛОВА (сыну). В Ксюше есть, а в тебе — нет.

ДЕНИС. Во мне — есть.

СОКОЛОВА. Тебе лишь бы за шкаф зайти и нюхать пыль!

ДЕНИС. Да, да? (Ищет, что сказать.) А чего Ксюшка себе карандаш с тонким грифелем заграбастала?

СОКОЛОВА. Какой карандаш?

КСЮША (напряженно). Дядя Стася мне подарил.

ДЕНИС. Он нам подарил!

КСЮША. Зачем тебе с тонким грифелем? Мне нужен для учебы, чтобы чертить грамматические таблицы.

СОКОЛОВА (указывая на сына). Ему нужен хороший ремень!

КСЮША. Или как говорит Буба — дрыной по жопе!!

ДЕНИС (зло). А тебя нужно — в мясорубку!!!

Пауза. Все понимают, что Денис более не прикрывает микрофона.

СОКОЛОВА (в ужасе). Скот! ты не положил трубку!

Отбегают от телефона.

КСЮША. Отец… все… слышал…

На экране надпись «В СТРАНЕ РЕВОЛЮЦИЯ!».

СОКОЛОВА (шепотом, глядя на экран). Неужели?

КСЮША. Это, игра, мама…

Денис осторожно подходит к телефону, берет трубку и прислушивается.

ДЕНИС (после паузы). А сейчас про то, как в армии он отдалбливал лед…

Затемнение.

Кухня. Головайко сидит на табурете. Денис неподалеку на невысокой табуретке зашивает свое белье. Соколова мечется от одной кастрюли к другой, стараясь не слушать свекровь.

ГОЛОВАЙКО. И когда он на меня пистолет навел, то я выхожу вперед, потому что самая смелая была… или чемодан синий у нас украли, тогда Андрей еще совсем маленький был, а я говорю им… Самолет низко тогда пролетел и я помню, как фашист там улыбался… или этот жидок с нефтебазы, который все накладные подделывал, а дочка его такая жирная сарочка красной икрой отравилась, помню…

Пауза.

ДЕНИС. Ай!

СОКОЛОВА. Что такое? сердце?

ДЕНИС. Палец уколол…

СОКОЛОВА. Не облизывай его! не суй в рот!

ДЕНИС. Я послюнил… (Чешет под мышкой.)

СОКОЛОВА. Не чеши так сильно! пойдут прыщи и будет «сучье вымя». У твоей тетки было, так ей потом хирургическим путем его вырезали.

ГОЛОВАЙКО. А ты возьми наперсток!

ДЕНИС (про себя). Почему, когда на отце трусы лопнут, их мне отдают?..

СОКОЛОВА (сквозь зубы). Когда мы с отцом поженились, у него только одни трусы были!

ДЕНИС (показывает). Вот эти?

ГОЛОВАЙКО (с расстановкой). Отец у вас — лучшее, что есть в семье.

СОКОЛОВА (вспылив). Да — лучшее. А я — дура.

ГОЛОВАЙКО. Я хотела бачить…

СОКОЛОВА. Да? А двадцать лет назад вы что имели в виду?

ГОЛОВАЙКО. Что?

СОКОЛОВА (кричит). Вы к нам на годовщину семейной жизни пришли и сказали: «Не надо им покупать холодильник! Они все равно через месяц разведутся!». А мы еще девятнадцать лет прожили!