Шрифт:
Аннет следила за ним сердитым взглядом. Она не знала, что его порядком оглушило и он получил сильные ушибы.
На дороге показался встречный автомобиль. Шофер помог им вытащить машину из канавы. Никаких повреждений не было.
– Садитесь, – сказал Жан.
Всю дорогу они ехали молча. Когда они подъезжали к ее отелю, Аннет увидела, что его лицо исказилось от боли. Значит, он действительно расшибся!
– Вы должны зайти ко мне, – сказала она, – слышите, Жан, я вас прошу.
В гостиной было пусто и прохладно.
– Скажите, где вы чувствуете боль? – спросила Аннет.
Она стояла рядом с ним. Он посмотрел на нее в упор.
– Нет, нет, – невольно прошептала она. Гнев придал ему храбрость. Он силой привлек ее к себе и долго смотрел в ее глаза, стараясь прочесть их выражение, затем впился в ее губы долгим поцелуем.
Освободившись из его объятия, Аннет зашаталась.
– Я счастлив, слышите ли, счастлив, как никогда не был за эти два года. Если даже нам не суждено больше встретиться, вы все-таки меня никогда не забудете.
Он подошел к двери и остановился. Обернувшись еще раз и посмотрев на нее, он вышел из комнаты.
ГЛАВА XLI
– Но почему ты должен ехать сегодня в Лондон? – спрашивала Ирэн Жана.
Он с каждым днем становился все невыносимее. Он принял целую кучу приглашений, а теперь вдруг решил ехать с ночным экспрессом в Калэ.
– Ты с Анжель можете оставаться, если хотите.
– Будь благоразумен! Ты ни слова не говоришь по-английски, и у тебя масса приглашений и деловых свиданий. Наконец, мы ведь приехали с тобой, чтобы быть всюду вместе.
– Я сегодня еду, – упрямо повторял он.
Со времени приключения с автомобилем прошла неделя. Аннет он больше не видел. В отеле ему сообщили, что она уехала два дня тому назад в Лондон. Через пять дней там был назначен его концерт. Жан решил ехать в этот же день.
Во время переезда была плохая погода. В Дувре шел сильный дождь. Лондон был окутан густым туманом, и, несмотря на лето, все ходили с зонтиками. Они остановились в Беркелее, так как Ирэн не хотела жить в центре города.
Жан знал, что Аннет живет в отеле «Савой» и танцует в Паласе. Он решил в тот же вечер пойти туда.
Что выйдет из этого, он не знал. Ему нужно было видеть Аннет. Он послал ей свою карточку через рассыльного. Тот вернулся с коротенькой записочкой от фрау Барш. Она гласила: «Аннет очень устала и не может принять».
Значит, он напрасно поскакал за ней, напрасно мучился. Заметив номер ее комнаты на доске с именами приезжих, он направился к лифту. Пройдя коридор, он остановился у ее двери. В комнате слышались голоса. Жан вошел. Аннет лежала на диване, подложив руки под голову. Фрау Барш сидела у окна в пальто и шляпе. Приход Жана, видимо, очень ее смутил.
– Здравствуйте, – спокойно сказала Аннет, затем, обращаясь к фрау Барш, прибавила: – Купите мне, пожалуйста, эту материю и возвращайтесь к чаю. До свиданья.
Фрау Барш еле заметно кивнула Жану и вышла. Лицо Аннет было хмурым.
– Раз вы так настойчиво хотели меня видеть, может быть, вы позвоните, чтобы нам подали чай?
Он стоял перед ней с судорожно подергивающимся лицом.
– Нет, не хочу, – сказал он глухим голосом. – Аннет, вы должны меня выслушать. Я…
– Что вы?
У него пересохло в горле:
– Я люблю вас, я… Не мучьте меня, скажите, что вы не ненавидите меня, или…
Он не мог продолжать. Нагнувшись, он вдруг схватил ее руки и прижал их к своим пылающим губам.
Аннет поднялась с дивана. Ее лицо было смертельно бледно. Она захохотала и вырвала руки.
– Наконец-то! Можете уходить, верный муж и любовник!
Лицо Жана передернулось.
– Это неправда. Вы…
– Я оскорбила вас? Да, так же, как вы меня. Вы думали, что я жду вашего объяснения в любви, хочу этого? Ха-ха-ха!
Аннет встала и заходила по комнате.
– Знайте, что я все время ждала этой минуты! – крикнула она. – Вы думали, что стоит вам только сказать слово – и я буду у ваших ног? Значит, все эти годы я работала, мучилась, отказывала себе во всем только для того, чтобы сделаться достойной вас? Ведь тогда вы не считали меня достойной сделаться вашей женой? Не так ли? А теперь вы награждаете меня своей любовью. Ваша любовь? Вы, который стремился только к удовольствиям, живет только для себя! Я знала, что вы поедете за мной. У вас не хватило твердости остаться.