Ник с силой тряхнул "дипломат" и вслушался. Внутри что-то шевельнулось. Выходит, не зря рисковал. Сто пудово, набит доверху деньгами. Повезло, наконец. Он с блаженством уставил взор в небо. С такими переносными сейфами в лес за грибами не ходят, ведь правда?

Скорее всего, подсказывала логика, у пруда произошла обычная бандитская "стрелка". Наверное, как раз в том самом месте у водоёма, где расположен тупик от старой дороги на МКАД. Потом, видимо, встреча переросла в разборку, но человек с баблом сумел улизнуть. Хотя пули его все же настигли.

Рука с оружием, с которым Ник до сих пор не расстался, медленно приблизилось к лицу. Странный, с вытянутым дулом и красной звездой на рукоятке пистолет напоминал отечественный ПБ, он же бесшумный, но только длиннее. Ник попробовал открутить то, что подразумевало глушитель. Не поддалось. Может, теперь выпускают с несъёмным? Собачник протер пушку травой.

Н-да… Такого сюрприза он точно не ждал. С гладкой поверхности ствола на него уставились… иероглифы. Опять узкоглазые? Да откуда они тут взялись? А может, это триада? Холодок вновь ощутился в желудке. Хорошо хоть, у трупа не бросил, обрадовался Ник, а то бы оставил им пальцы. А дарить такую улику одному из древнейших преступных сообществ в мире… Даже дома, в России, чревато.

От безумной гонки и дикого страха его начало знобить и тошнить. Спазмы подступали к самому горлу, но душа пела. Главное, что он жив и теперь с "дипломатом". Значит, медленно прикрыв глаза, приказал он себе, надо как-то отвлечься и заставить войти тело в привычный режим. Поможет мозг — думать дрожь не мешает. Итак, с чего же начать? А, ну конечно! Надо взломать этот кейс!

Он открыл глаза и нанес сильный удар рукояткой по "дипломату", но та лишь слегка царапнула бок.

Бесполезно, тот прочен. Кодовый замок закрыт, а шифр ему неизвестен. Да и в таких условиях, как здесь, он, конечно, его явно не вскроет. Остаётся одно — нести всё домой. Да. Но как? Прямо так, при всех? В открытую? Интересно ж он будет смотреться с таким багажом, выходящим из леса. Но, с другой стороны, здесь тоже оставить нельзя. Ведь по-любому на труп приедут менты, а с ними ищейки. И по следам, даже если зарыть, то найдут. Да и чем рыть? Ни лопаты, ни даже ножа.

Ситуация казалась безвыходной. Ведь действительно, если он в таком виде появится около дома, кто-то обязательно запомнит, что было в руках. Да и знакомых в районе полно — от их взглядов никак не укрыться. Значит, лихорадочно соображал Ник, надо возвращаться обратно и скинуть всё там. Там, где искать "дипломат" никому и в голову не придет. У водоема. Вернее в нем. Хотя бы до завтра. И собак так со следа собьёт, да и сам не запалится. К тому же навряд ли сейчас там кто есть. Ведь если преследователи ещё в лесу, то явно тусуются у трупа.

Не теряя ни секунды, Ник вскочил и, позабыв о страхе, уверенно двинулся обратно к пруду. Но теперь уже другой обходной дорогой и с таким расчётом, чтобы оказаться на противоположном от тропинки береге.

Ну, вот наконец он и на месте. Осторожно выглянув из-за дерева, Ник внимательно оглядел обстановку. У пруда и у входа тропинки в лес никого не наблюдалось. Привязав изможденного марафоном пса к ближайшему дереву, он словно диверсант в две перебежки достиг склонившейся над водой ивы и, прижимаясь к ее гибкому стану, принялся подыскивать подходящий для затопления груз. На счастье, у кромки воды валялся обрывок ржавой трубы. Его и решено было использовать. Вытащив из кроссовка шнурок и привязав к ручке кейса железку, Ник ещё раз внимательно осмотрелся. Можно действовать. Никого.

Раздался всплеск. Следом второй. Пистолет пошёл ко дну сразу. Серебристый прямоугольник "дипломата" же поколебался на поверхности с пару секунд и только потом, осознав бессмысленность сопротивления, с явной неохотой ринулся следом. Стараясь получше запомнить место падения, Ник воткнул у ноги в воду палку и определил на противоположном берегу ориентир. Воображаемая линия, проходящая от ветки сквозь расползающиеся по водной глади круги, уткнулась в сиреневый куст. Большего ему и не требовалось.

1.2. Вид с балкона открылся чудесный. Ласковое, до слёз слепящее солнце заливало радостным светом просыпавшийся после тяжкого вечера двор. Приятный в касании ветерок шевелил обрамлявшую башни домов листву. А небо, без единого, даже случайно забредшего в эти края облачка казалось сказочным, держащимся на тонких ниточках лучей нежно-голубым бескрайним божественным куполом. Да и Он сам, верилось, внимательно следил сквозь него за всем, что творилось внизу. Всемогущий, добрый и любящий.

Ник закурил. Звуков борьбы за существование слышно не было. Величественная, успокаивающая и такая редкая в городской суете тишина нарушалась лишь беззаботным щебетанием радующихся теплу птичек. И более ни чем. Ни рёвом мчащихся наперегонки автомобилей. Ни воплями драчливой детворы. Ни лаем изголодавшихся за ночь собак. Ни чем абсолютно.

— Лепота… — вполголоса произнёс Ник, будучи не в силах больше сдерживать нахлынувших как вал эмоций. Втайне однако надеясь, что кто-нибудь из соседей так же, как и он, вышедши с утра погреться на солнышко, его да услышит. И поддержит — чему он, конечно, весьма будет рад — приятным и добрым словечком.