Для чего человек пишет? Для того чтобы отвести душу и очистить голову от назойливых мыслей.

Публикации в сети для этого более чем достаточно. Кто хочет опубликоваться на бумаге, должен иметь деньги и бронированную нервную систему. При публикации в бумаге автор теряет личную индивидуальность. Его творчество исправляют до такой степени, что автор теряет чувство реальности. В его душе появляется устойчивая ненависть к тем, кто его тексты исправил, снимая с него часть ответственности. Если тексты не правят за автором, то они неизбежно становятся болотом. Чтобы стать популярным автором, надо хорошо поссорить деньгами для личной рекламы. А оно надо?

Современные книжные магазины угнетают затоваренностью. Ваши книги поставят под потолок, и никто их не увидит. Книги современных классиков так многочисленны, что вызывают ужас своим количеством. Книги авторов, в которые автор вложил тьму денег на издание и на рекламу, поражают своей не дееспособностью. Авторы, живите долго и счастливо, главное обдумывайте свою популярность заблаговременно.

— Твой отец правильно считает, но тебе не справиться с тремя магами.

— Почему ты обо мне плохо думаешь? Я могу быть суровым.

— При работе с изобретателями нужна гибкость мышления, не хуже чем у них!

— Лизавета, я не глупый человек.

— Феликс, возьми себе человека для связи с изобретателями, тогда ты дело не завалишь.

— Интересно, я и не собираюсь сам бегать между тремя магами! Хотя мысль нормальная, кого предлагаешь для связи?

— Себя.

— Лизавета, ты только что отказалась от участия в моем бизнесе, а теперь себя предлагаешь для связи и руководства тремя китами!

— Я не думала, что дело, которым ты собираешься заняться такого масштаба!

— Так и я не маленький! Я тоже испытал приборы Мага Мака на собственной шкуре, да и ты с ними неплохо ознакомилась!

— Хорошо, а конкретно, где будет твой офис или точнее здание концерна?

— Молодец, Лизавета, — сказал Феликс, уводя ее в парк от машин, — хорошие вопросы задаешь, ответь на них сама, как мой заместитель в семье и работе.

— Хитрый, ты. Ладно, скажу. У Мага Мака есть поддержка Добрыни Никитича, есть свой завод, научный потенциал, и даже есть профилакторий. У Мага Глеба есть поддержка Нимфы, и по наследству от микробиолога ему досталось живое вещество, и имеется своя лаборатория. У Мага Бара есть торговая фирма по продаже автомобилей, лаборатория по разработке нетривиальных приборов для машин. У него в штате крутиться твоя сестра Крошка. Делаю вывод, что твоя семья итак держит все в своих руках! Но тебе предлагают объединить трех магов и трех членов твоей семьи! А это намного труднее, чем объединить трех магов!

— Я восхищаюсь тобой, Лизавета, когда ты все успела узнать?

— Феликс, я кем работаю? Я где лежала в больнице? Я с кем общаюсь?

— Понял я, что мне концерн не потянуть.

— А свадьбу тоже отменишь? — разочарованно спросила Лизавета.

— Я не знал, что мои родственники протянули руки к изобретениям трех магов до меня.

— Не будь трусом! Твоя сестра уезжает учиться в соседний округ. Маг Бар для тебя свободен! Твоя мать — Нимфа предложила мне всех биологических, летучих мышей, они ей надоели! Твой отец так занят властью, что ему не чудес Мага Мака. Видишь — ты один можешь быть владельцем и руководителем нового концерна!

— Я тебя боюсь, ты все знаешь, — прошептал Феликс и сел на ближнюю скамейку, сбросив с нее желтые листья пачкой бумажных носовых платков.

— Опять не угодила, — вздохнула Лизавета, садясь рядом с Феликсом. — Знаешь, что я тебе скажу?! Брось ты это дело, объединять трех непокорных мужчин! Они если надо, то сами объединяться, а если им не надо, они друг о друге не вспомнят.

— Но отец уже выделил деньги на строительство здания концерна, мне, что отказаться? И земля под строительство тоже выделена! Кстати, ее с этой скамейки видно, я не зря тебя сюда привел! — и Феликс указал рукой на место будущего здания.

— А давай там новый театр построим! Место — отличное, подъехать к нему легко!

— И Панину твоему сделать подарок? Да пошел он!

— Тебе не пристало так говорить, он главный режиссер драматического театра.

— Так неинтересно, я с тобой ничего сам не могу сделать, ты лезешь во все вопросы, я уже есть хочу! Мне все это надоело!

— Машина — то моя? — не удержалась Лизавета, чувствуя смену настроения, исчезающего жениха.

— Машина — твоя, — сказал Феликс, протягивая ключи и бумаги на машину, и быстро уходя от всезнающей Лизаветы.

Лизавета не побежала за Феликсом, а посмотрела на бумаги, покрутила ключи от машины, посмотрела еще раз на место, отведенное под строительство. Она села в новую машину и поехала на новой машине к Магу Маку. И рассказала ему о планах Добрыни Никитича, которых боится Феликс.

— Лизавета, ну что я тебе скажу? Да ничего! Мне не нужны еще два Ильича! Мне себя много!

— Маг Мак, но Афанасий Добрыня Никитич от своего плана не отступиться, я вам сообщила информацию первому, чтобы вы определили свое место в будущем концерне!