Шрифт:
— Могла бы зайти в костюмерную, взять телесный костюм, померить, но зачем самой в костюм превращаться? Я не понял!
— Панин, не тронь мой жир! Мне и так не сладко! Ты чего от меня хочешь?
— Театр и я лично, нуждаемся в твоих статьях о спектаклях в нашем театре, о новых постановках. Слушай, ты лучше меня знаешь, что тебе надо писать!
— Могу начать хоть сегодня! Но, мне нужен аванс, у меня нет еды и одежды, да и другие расходы требуют дохода.
— Бери деньги и приходи, — сказал Панин и вышел из профилактория, без денег и без прибора Театр.
— Марина, помоги мне купить нечто из одежды, мне вечером идти в театр, а на мне только больничный халат с дырками от частого использования, — попросила довольная полученными деньгами, Лизавета.
— Лизавета, о чем речь, поехали покупать одежду!
Дамы вышли из офиса.
Маг Мак сел за стол Марины, сидеть в кабинете ему было немного страшно. Он вскрыл прибор Театр. Прибор был абсолютно нормальным, никого постороннего вещества в нем не было! Он вздохнул полной грудью, вытеснив из души и пяток, остатки страха. Изобретатель положил руку на руку, склонил на них голову и уснул за столом. Добрыня Никитич лично тряс спящего Мага Мака, пытаясь его разбудить, но тот мычал, урчал, и спал сидя так крепко, как и на перине редко спят. Глава округа сдался и сел в кресло, оглядывая пустой офис, открытые в кабинет двери, не выдержав одиночества, крикнул:
— Ау, здесь есть кто-нибудь?!
Открылась дверь в кабинет менеджера, и сам Мартин показался в дверном проеме:
— Господин Добрыня Никитич, вы к Магу Маку? Он очень устал, чем могу вам служить?
— Мартин, объясни, что сделали с моим Феликсом? Почему ему дважды оперировали желудок?
— А хирург ничего не сказал?
— Хирург сказал, что причину знает Маг Мак, а он спит крепким сном, и не просыпается.
— Если я скажу, что в желудке вашего сына обнаружили нарост неземного происхождения. Вы мне поверите?
— А за один раз его нельзя было удалить?
— Мы тогда еще не знали, что новообразование слишком серьезное и обладает свойством интенсивного роста.
— Феликс жить будет?
— Он жив, из его желудка вынули странное вещество, хотели бы мы знать, как оно туда вообще попало? У вас нет врагов инопланетного происхождения? Одно могу сказать, что в наших приборах такие материалы не используются. Еще нечто подобное, хирурги вынули из желудка Лизаветы, а она сказала, что помнит эти кольца, она их видела маленькими на конфетах. Конфеты ей дала ваша повариха, но она у вас уже не работает, это мы выяснили.
— Какая длинная цепь событий! Повариха, говоришь? Не я поваров принимаю и увольняю. Нимфа знает о ней. Вот ее визитка, созвонишься, — сказал Добрыня Никитич и стремительно вышел из офиса.
Маг Мак поднял голову:
— Добрыня Никитич ушел? Молодец, Мартин, ты грудью меня прикрыл! Ценю. Слушай, ты с его женой Нимфой сильно не заигрывай, но выяснить происхождение непонятного материала стоит. Не тяни с этим вопросом, звони сейчас, а я домой поехал.
Глава 3
На разработки Мага Мака подсело местное управление разведки. Они любили брать разработки даром. Нормальные люди находились на бюджете административного округа. А тут Маг Мак — кладезь технической мудрости! И все рядом, и под рукой, и кем-то оплачено. Как не взять то, что уже есть? Маг Мак не возмущался, он знал местных агентов 007. Агент Рал запал на часы, которые прослушивают и мелкими печатными буквами выдают текст — удобно, когда нет возможности прослушивать.
Как-то к Магу Маку пришла группа молодых людей из лицея, их папы и мамы имели деньги, из-за которых их детей ни один преподаватель не ругал. Это и есть разница между общеобразовательной средней школой и дорогим лицеем. В средней, общеобразовательной школе детей и родителей учителя ругают, на чем свет стоит, без зазрения совести! Они просто издеваются над родителями, которые им не платят дополнительные деньги, поскольку в обычной школе — это не принято.
В лицее преподаватели никого не ругают и всем ставят пятаки, чтобы из детей состоятельных родителей выросли золотые медалисты, которые потом практически без экзаменов могут поступить в институт, если сдадут, хоть один экзамен, благодаря репетитору с этого же института либо университета.
Но институт они не могут окончить — липовое золото, упорства в учебе не добавляет. Еще меньше прока от них на работе, если их богатые родители протащили детишек за уши и деньги по институту, то потом такие молодые люди в инженеры не годятся, а только в торговые точки. Результаты получаются следующие: школьники выходят из школы закаленные натуральной жизнью, а дети обеспеченных родителей продолжают жить и учиться на деньги родителей.
Дело в том, что в обычной школе, учителя занижают оценки, унижают учеников и их родителей, а в лицее — завышают оценки состоятельным отпрыскам, и ни один учитель не закричит на бизнесмена родителя. Чьи знания лучше? Тех, кто умнее! А вот кто они истинно умные ученики? Этот вопрос покрыт тайной до их глубокой старости. Чем умнее человек, тем он больше прикрыт от общества. Инженер — он и есть золотой самородок общества.