– Вы знаете, что бывает за чрезмерное употребление алкоголя на посту? – мой голос был ледяной.

Струйка пота зародилась в районе виска и покатилась по опухшей щеке.

– Простите, я только отметил день рождение. – голос капитана дрожал.

– День рождения, говоришь? – мой голос немного потеплел до строгого.

– Ддаа… – заикаясь ответил капитан.

«Папаня, мы вроде бы хотели нарваться на испытание защиты. Так он убежит от нас, только пятки будут сверкать» – раздался голос смеющийся Анны в моей голове.

«Точно! Увлекся».

– Поздравляю! А что так испугался-то, толстый? Пошутил я. Ты за кого меня принял? За какого-нибудь имперского недоноска? Так вот, посмею тебя разочаровать, я королевский подданный. И кстати, я объявляю эту территорию королевскими владениями, а тебя, боров, вместе с твоим корытом, арестованными за нарушение границы.

«Браво»

До биринийца медленно стал доходить смысл сказанного. Медленно его лицо стало наливаться кровью.

– Приказываю лечь в дрейф, а членам команды лечь на пол и пристегнуться наручниками к ножкам кроватей. – продолжил я. – За невыполнение – смерть через мапупу.

– Это как? – на мгновение любопытство пересилило ярость.

«Анна закрой уши, неча детям такое слушать»

– Через задницу выверну наизнанку.

Связь оборвалась. Анна засмеялась в слух.

– Две ракеты новейшего класса «Копье» летят в нашу сторону. – весело доложила она.

– У тебя есть даже перечень последнего вооружения имперских кораблей?

– Ну, может и не последний, но относительно свежий. Имперцы постоянно воюют, поэтому и данные обновляются часто. Попадание одной ракеты достаточно для уничтожения нашего кораблика.

– Похоже я здорово его разозлил.

– Это точно! – весело сказала Анна. – Опять сигнал вызова, ответим?

– Давай.

Опять на экране появилось лицо капитана. На этот раз он был спокоен.

– Вы сами напросились. Жаль у меня нет времени разобраться с вами лично. Прощайте.

Ракеты подошли к границе сферы и взорвались.

На мгновение на лице капитана появилось злорадная улыбка, сменившаяся недоумением.

– Но как?

– А так! Плохо стреляете, совсем спились, команда алкоголиков.

Капитан яростно стукнул кулаком по подлокотнику и повернувшись, отдал распоряжение.

«Еще пять ракет вышли из шахт крейсера». – доложила Анна.

«Они дорогие?»

«Достаточно, чтобы отдать капитана под трибунал за нецелевое использование».

– Эй, толстяк, – обратился я к капитану – а что скажет твое командование на потерю семи ракет класса «Копье»?

Казалось, что красная морда капитана сейчас лопнет от злости. Связь прервалась.

Пять ракет благополучно повторили судьбу своих предшественниц.

– Крейсер разворачивается для удара бортовыми излучателями. – доложила Анна.

– Чего мы и ждали. – хмыкнул я.

Залп лучевого оружия не принес никаких результатов. Смертоносные лучи уперлись в защитную сферу.

Потом начался беспорядочный обстрел нашего кораблика всеми видами орудий. Граница сферы засветилась от интенсивного огня.

– Я пойду, прогуляюсь.

– Я тоже хочу, только не могу. Как жаль, что я привязана навечно к этому железу. – печально сказала Анна.

– Женщины и дети остаются на корабле. Потом что-нибудь придумаем.

– Обещаешь? – не скрываемая надежда наполняла голос.

– Обещаю! – ответил я, взял клинки и телепортировался.

Вблизи имперский крейсер впечатлял своим размером.

«Анна, ты меня слышишь?»

«Да, папуля! И вижу» – послышался веселый голос.

Ну что ж, начнем веселиться. Я достал из ножен атомарный клинок и для начала прошелся по всей обшивке, напрочь срезая стволы излучателей. Потом срезал все остальные наросты крейсера. Кажется это были различные антенны и локаторы. Сначала срезал боковые дюзы, потом прыгнул к задней части корабля и добрался до основных.

«А ты оказывается варвар» – пошутила Анна.

«Это я еще в хорошем настроении».

«Что же будет, если тебя разозлить? Ну и папочка мне достался!»

Я хмыкнул и телепортировался внутрь корабля. Я оказался в каком-то отсеке, заваленном всяким барахлом. Пробравшись к двери, я вырезал в ней мечем дыру и ускорившись, отправился бродить по кораблю. Чего я только не вытворял! Вот уж действительно варвар! Не трогал только людей, остальное приводил в полную негодность. Переборки, мебель, аппаратуру – все в труху. Люди не успевали что либо заметить, как я уже оставлял после себя полный бедлам и переходил в другую каюту. Посетил реакторный и топливный отсеки. Командный мостик я оставил напоследок.