Гэри молча повел рукой, и Инвари кивнул, показывая, что понял — это и есть Змеиный лог. И, несомненно, план Адаманта удался бы. Выбраться наверх по осыпающимся склонам из этого почти идеального убежища было невозможно. Это место было таким же хорошим укрытием, как и ловушкой.

Инвари, прищурившись, разглядывал лог. Было еще слишком темно, чтобы человек мог разглядеть что-либо, но он засек движение справа — у выхода из лощины. И почти сразу же послышалось оттуда тихое конское ржание.

Он вгляделся, напрягая глаза, и увидел. Это была черная сотня, скрывающаяся по обеим сторонам выхода из лога. Черные кони. Черные рыцари, так и не поднявшие забрала.

Поднеся ладони ко рту, Гэри издал волчий вой. Сердце Инвари заныло. Именно в этом проклятом лесу он бросил Ворона! И тогда тоже раздавался волчий вой…

Черные кони внизу встревожились. Нервно пофыркивая, они переминались с ноги на ногу. Забряцала упряжь. С равнины откликнулись кони резервного отряда, должно быть, спрятанного по правую руку в небольшой роще.

Расположение сил противника было установлено. Гэри вернулся к своим людям.

Инвари задержался. Отсюда Чаща просматривалась до самого горизонта. Она охватывала город полумесяцем с юго-запада, на некоторых участках подступая вплотную к стенам. Инвари следил за дорогой, выходящей из Чащи и бегущей дальше — в квадраты ухоженных полей. Он мог разглядеть пологие холмы, прихотливо сбившиеся в рощицы деревья, остатки каких-то мощных каменных сооружений. Он искренне надеялся увидеть их когда-нибудь поблизости. За спиной, звездой с неравными лучами, раскинулась Ильрийская столица, а за ней, на востоке, начинал светлеть горизонт. Но не туда лежал его дальнейший путь. Вот только не будет с ним Ворона… Не будет!.. Не может он простить себе…

Он резко обернулся, сжимая в руке мгновенно выхваченную шпагу. Сзади стоял его неразговорчивый провожатый. Инвари не услышал его шагов, и это его задело.

— Началось, — донесся до него тихий шепот.

Они вернулись к лошадям.

Из зарослей, обрамляющих Змеиный лог, ветер доносил крики и звон оружия. Впрочем, они быстро стихли — это следопыты уничтожили лучников, засевших по краям лога. Основной шум раздавался теперь из самого лога. Там еще оставался большой отряд герцогских гвардейцев, который должен был вытеснить разбойников на равнину — под смертоносный удар черной сотни.

Инвари взглянул на Гэри и обратил внимание на то, как стиснуты до боли пальцы его рук — там, внизу, погибали его люди, многие наверняка были его друзьями. Но вмешиваться было еще рано.

Звуки битвы приближались. Ущелье выносило их на равнину, где черная сотня замерла в предвкушении бойни. Гэри поднял руку — пальцы, сжатые в кулак, побелели. Разбойники вскочили в седла. В предрассветных сумерках заблестели короткие ильрийские мечи, широкие охотничьи ножи и боевые секачи, поневоле внушавшие уважение. Люди были вооружены слишком хорошо для бандитов. Да и кони — сейчас Инвари ясно их разглядел — не походили на крестьянских трудяг. Это были ильрийские боевые лошади. Одна такая лошадь — ухоженная, с крепким крупом, широкой мохнатой грудью, сильными бабками, окольцованными шипастыми браслетами, производила грозное впечатление. А здесь их было около сорока! Лесные братья не были обычной бандой. Загадка поджидала его и здесь! Инвари только вздохнул.

Он снял с запястья тонкий кожаный ремешок, перевязал волосы. Глубоко надвинул капюшон. Коснулся Звезды Поднебесья. Перстень был невидим, но ощутим — тяжелый, теплый. Еще раз, уже мысленно, он поблагодарил Грешника. Все-таки теперь он чувствовал себя гораздо увереннее.

Неожиданное и напряженное молчание привлекло его внимание.

Внизу выходил на равнину сильно потрепанный в бою отряд Люка. Некоторых несли на руках. Из ущелья еще раздавался звон оружия — арьергард сдерживал регентских гвардейцев. А на равнине уже беззвучно растягивался отряд черных рыцарей, намереваясь взять Лесных братьев в клещи.

Инвари вскочил на коня позади своего провожатого, поправляющего маску на лице. Гэри, рядом с ними, вытащил из ножен длинный, не по-ильрийски, меч.

Исподволь, из-под капюшона, Инвари оглядывал лица Лесных братьев. Они были суровы и даже строги, словно люди ждали этой битвы всю жизнь, и теперь вот, наконец, дождались. Он пожалел, что не может увидеть лица Атамана.

Из леса позади них, одна за другой, выныривали группки следопытов. Инвари насчитал около пятидесяти человек. Они вскакивали в седла своих лошадей, или за спины соратникам, строились, словно на плацу. Инвари уже устал удивляться — люди с простыми крестьянскими лицами, казалось, знали военную науку не понаслышке. Справедливости ради стоило заметить, что среди них встречались и явно бандитские рожи, но и они вели себя сдержанно. Видно, авторитет Атамана среди этих людей был необычайно высок.

На равнине с лязгом скрестились мечи.

Всю тяжесть битвы на два фронта принял на себя отряд Люка. Но план Гэри предусматривал и это. Черная сотня, набросившаяся на кучку людей, которых, видимо, и считали настоящей бандой, не следила за тылом и флангами.

Гэри направил коня туда, где в предрассветных сумерках кучка измученных людей держала оборону против сотни Ванвельта.

Отряд помчался вниз по круче, на ходу набирая скорость, и держась полукругом, нацеленным на ближайший фланг противника. По осыпи кони мчались почти бесшумно. Но то ли рыцари были слишком зорки, то ли уже достаточно рассвело — их заметили. Из рощи справа наперерез вылетел резервный отряд. Черные рыцари — вот кто ехал действительно бесшумно!