– Ой, Том, представляешь, к концу беременности количество крови в организме женщины увеличивается почти в полтора раза, - произнесла Маша, не отрываясь от книги, пока я переодевалась в домашний костюм и я скрипнула зубами.

"Началось!", - мысленно простонала я.
– "Еще пара дней и я сама все Алеку расскажу. Пусть она его мучает этими знаниями, мне и без них хватает ужасов в своей жизни."

Я поставила чайник и в раздумье стояла у раскрытого холодильника, прикидывая, что именно составит мой сегодняшний завтрак, когда в дверь коротко стукнули, и я почти благодарно крикнула:

– Войдите.

В дверях замер необычайно бледный Алек и, судя по его горящему взгляду, я поняла, что Машке уже ничего говорить не придется. Даже не поздоровавшись со мной, он быстрым шагом прошел в комнату и присев на корточки перед вмиг побелевшей Машкой, спешно прикрывшей книгу подушкой, взял ее за руку и произнес:

– Почему ты мне не сказала?

– Не... не сказала что?
– заикаясь, произнесла подруга. В ее взгляде явственно читался испуг.

– Машуль, родная моя, почему ты сразу не позвонила мне и не сказала, что ждешь ребенка?

Машка вырвав свою руку из его ладони, прикрыла рот руками.

– Но... но как ты... Тома, - посмотрел она на меня с упреком, - я же просила, - в ее глазах заблестели слезы.

– Я тут ни при чем!
– сердито выдала я.

– Мне Влад сказал, - бросил он короткий взгляд в мою сторону.

– Я так и знала, - заключила я.
– Больше некому. То-то его машина каждый вечер под окнами стоит.

– Из-за тебя, между прочим, - бросил он.

– Это наши с ним дела, - огрызнулась я.

– Я и не лезу. Тем более, что догадываюсь в чем проблема, хоть он и не говорит.

В ответ я только всплеснула руками.

– Всезнающий ты наш, а тебе не кажется, что и ей кое-что тоже пора бы узнать о вашей дружной семейке, - не удержалась я, указывая рукой на Машу.
– Если ты, конечно, не пришел сказать, что она тебя недостойна и ты в очередной раз струсил, - скрестила я руки на груди.

– Никогда!
– убежденно произнес он.
– Я не бегаю от трудностей.

– Это ты Владу будешь рассказывать. Вы два сапога пара. Ты уже один раз отказался от своей судьбы, кажется, у вас это так называется, - сердито произнесла я.

– Я пытался избежать...

– Чего? Неизбежного?
– не унималась я, сама не до конца понимая, с чего я взъелась на него. Глянув на испуганную Машку, молчаливо взирающую на нас, я утешила себя тем, что всего лишь пытаюсь защитить ее от того же незнания и манипулирования, которому подверглась я сама со стороны Гардинеров. Мне хотелось, чтобы моя подруга узнала, наконец, с кем ей предстоит связывать или не связывать свою дальнейшую жизнь, чтобы ее потом не настигло разочарование и неуверенность захлестнувшие меня в тот момент, когда передо мной открылась вся правда моей собственной жизни. К тому же, скорее всего, ее ребенок унаследует все гены его отца. И это тоже может стать проблемой, не обладай она необходимым знанием.

– Ты себе даже не представляешь во что..., - его голос сорвался.

– Раньше нужно было об этом думать!
– жестко сказала я.
– Ты уже выбрал этот путь, так будь добр следовать по нему до конца, но учти Машку я в обиду не дам. Надо будет, бабулю позову, если сама не справлюсь. Чувствую, если она уже смогла навести у вас шороху в свое время, повторить этот подвиг в отношении тебя ей не составит особого труда.

– О, пошли угрозы, - встал он на ноги, сверкнув глазами.
– А с чего ты вообще взяла, что я способен причинить ей вред?

– Потому что вы привыкли распоряжаться чужими судьбами, а Маша мягкий и ранимый человек и я не хочу, чтобы она стала вашим очередным подопытным кроликом. Я всего лишь предупреждаю, что за нее я и тебе по шее надаю и кому бы то ни было, если он посмеет ее обидеть.

– Я понял, - произнес он и неожиданно широко и искренне улыбнулся, чем в мгновение ока лишил меня дара речи и желания продолжать эту глупую перебранку.
– Я чувствую, мы с тобой найдем общий язык, хоть и не сразу.

Он вновь присел на корточки и, повернувшись к ничего не понимающей Машке, безмолвно переводящей взгляд с меня на него, вновь взял ее за руку и произнес:

– Машенька, как ты себя чувствуешь?

Я, не удержавшись, хохотнула и подруга непроизвольно улыбнулась.

– Нормально, - произнесла она. Отодвинув подушку она пролистнула книгу и протянула ему фото с ее последнего УЗИ.
– Маленькая черная точка, - пояснила она.

Алек сел на кровать рядом с ней и, притянув ее к себе, поцеловал в макушку.

– Почему ты сомневалась во мне?

– Не знаю, - неуверенно начала она.
– Ты слишком таинственный и немного нереальный, а это, - она указала на фото, - самая настоящая жизнь. Со всеми ее плюсами и минусами. Я испугалась того, как ты это воспримешь. Мне казалось это не для тебя.