Подсел к подруге Алексей. За плечи обнять попытался. Охнул сдавленно, получив под дых выставленным локотком.

— Отстань! Убрал руки миленок. Но отодвигаться не стал. Заговорил вдруг совершенно другим тоном:

— Я серьезно, Саня. Сама же слышала — наехали на меня круто. Если че знаешь — скажи. Помоги отбиться.

Обмякла Александра. Растерялась. Ее ведь следователь предупреждал — никому, мол, ни слова. Пусть ее показания тайной пока остаются. Нельзя убийц до времени вспугивать. Иначе следы замести могут.

Топнула своенравно ножкой красавица. Пропади оно пропадом! Лешеньке-залеточке помочь решилась. Пересказала как на духу, о чем ей Володенька в последний вечер говорил.

Нахмурился коммерсант. Глаза ледком затянуло. Пошутил невесело:

— Володенька, значит. А я думал — пупсик.

Взлетела вверх ухоженная ручка. Опять к щеке миленка примерилась. Но вдруг упала бессильно вместе с головой хозяйки на волосатую грудь. И голос жалобный, всхлипывающий:

— Ох, боюсь я, Лешенька… Не дай бог, что с тобой случится…

— Не бзди, подруга, — глухо проворчали над розовым ушком. Руки сильные сжали хрупкие плечи: — Еще посмотрим, кто кого.

Потянулась сладко начальница контрольно-ревизионного отдела. До хруста в онемевших косточках. Язык обалдевшему подчиненному показала. Не ожидал, бедненький. Так и застыл с приоткрытым ртом.

Закончила Александра сверку акта по городскому ЖКХ. Весь толстенный том перелопатила. Каждый листочек еще раз изучила. Вывод неутешительный сделала.

Опять коммунальное начальство проворовалось. Если судить по бумагам, то практически все ремонтные работы силами ООО «Парус» и АОЗТ «Ремсервис» делались. За немалую оплату, естественно. И не эфемерными взаимозачетами, а нормальными живыми деньгами. Иногда даже вперед.

Свои работнички, выходит, баклуши только били. Пальцем о палец за последний год не ударили. Зачем тогда штаты раздувать? О нехватке кадров на каждом совещании плакаться? Средства на зарплату требовать?

Поняла механизм простенькой аферы ревизорша. Доблестные «руководители» коммуналки откат не хилый с бизнесменов имеют. За то и стараются. Потеют, можно сказать.

Но, чтобы доказать факты коррупции, объемы физические проверить требуется. На месте глянуть, что там предприниматели наремонтировали.

А это в компетенцию КРО не входит. Власть ревизоров лишь на бюджетников распространяется. Всеми прочими другие службы должны заниматься. Прокуратура там, налоговики с милицией…

Контролеров — тьма. Непонятно только, почему воровство до сих пор процветает.

Припомнила тут Александра, как на последнем заседании директор ЖКХ распинался: «Я зарплату уже полгода не вижу! Голодом всей семьей сижу!»

А у самого подбородок тройной трясется, глазки масляные заплыли. Вот ведь сволочь!

Схватила решительно ручку красавица, докладную грозную на имя мэра набросала. Потом на компьютере подредактировала. Не успела распечатать, старшая отдела мышкой в кабинет проскользнула.

Села напротив, сказала убитым голосом, не глядя на начальницу:

— Не связывалась бы ты, Александра, с «Парусом». Гаврик — опасный человек.

Не стала скрывать удивления красавица. И имя ее поразило:

— Что еще за Гаврик? Гаврила, что ли?

— Да. Гаврила Михалыч, директор «Паруса».

— И чем он так опасен?

— Ничем. Просто… он хозяин в городе… Всех купил…

— И тебя?

Короткий вопрос упал, как камень в воду, обдав колючими брызгами присутствующих. Даже стажер за соседним столом притих.

Хлюпнула носом помощница. Ответила чуть слышно:

— Дура ты, Александра… Мне детей жалко…

А вот это уже становилось интересным. Чтоб какой-то стервец мать детьми запугивал?! Ну-ну!

Точно придется на этого Гаврика мэра натравить. Пускай-ка «солдат правопорядка» на жулика спустит. Как раз для них работенка. Простила мгновенно несчастную женщину Александра. И взгляд шныряющий, и сплетни досужие. Заговорила доверительно, с сострадательными нотками в помягчевшем голосе:

— Давай сразу договоримся: я все понимаю и ни в чем не виню. Но мой тебе совет — обратись в милицию. А я со своей стороны на мэра надавлю. Надо будет, сама с тобой побегаю.

Замотала безнадежно головой сотрудница. Руками закрылась:

— Не надо мне ничего! И ты не суйся…

Хлюпнула носом, выскочила пьяными шагами из кабинета.

Закурила внеочередную сигарету руководитель контрольно-ревизионного отдела. Мысли в порядок привела. Поставила округлую, с завитушками роспись под докладной, к мэру на прием напросилась.