Шрифт:
— Перестань все драматизировать.
— Ладно. Притворюсь, что все отлично. Все просто прекрасно!
И тут за окном показалась карета Крестной Феи.
— Привет, Гарольд! — сказала Крестная, появляясь в дверях кареты.
— Что случилось? — спросила Лилиан из глубины комнаты.
— Ничего. Просто старая походная рана дала о себе знать, — ответил король. — Постою немного на балконе.
С этими словами Гарольд вышел на балкон, и тщательно закрыл за собой дверь.
— Залезай в карету. Надо поговорить! — заявила Крестная Фея, когда король приблизился.
— Вообще-то, Крестная, я собирался ложиться. Уже таблетки принял. От них такая сонливость появляется… — Король лениво потянулся, направляясь к карете. Предстоящий разговор явно не вызывал у него радостных чувств.
Но тут один из двух великанов — слуг, сидевших в карете, — оказавшись у него за спиной, без долгих разговоров впихнул Гарольда внутрь и вскочил следом, так что король очутился между двумя здоровенными парнями, напоминающими ресторанных вышибал. Дверца захлопнулась, карета окуталась волшебными искрами, и в мгновение ока исчезла.
— Итак, что новенького? — спросил Гарольд медовым голосом, зажатый между двух громил.
— Помнишь моего сына, прекрасного принца? — спросила Крестная. Принц сидел тут же, напротив, рядом с Крестной. Это был тот самый принц, которого мы покинули в самом начале нашей повести в башне Дракона, когда он разговаривал с Волком.
— О, принц Чайминг! — воскликнул король. — Помню, помню! Давно не виделись. Где ты пропадал? Когда вернулся?
— Ну, примерно пять минут назад. Превозмогая порывистый ветер, жуткий холод, я забрался на самый верх самой высокой… — с пафосом начал принц, вскакивая и принимая театральную позу, так что король отшатнулся, испуганно прижимаясь к спинке сиденья.
— Ну, ну, мамочка сама разберется! — успокоила принца Крестная, и тот послушно уселся на свое место.
И тотчас она сама, вскочив на ноги, с еще большим пафосом заголосила:
— Превозмогая порывистый ветер, жуткий холод, он забрался на самый верх этой чертовой башни, и ради чего? Чтобы найти там Волка, переодетого бабушкой, который сообщил, что его принцесса уже замужем!
— Но… я же не виноват, что он опоздал!
— Останови машину! — закричала Крестная. Кучер резко затормозил, так что все чуть не стукнулись лбами, а Крестная, наклонившись вперед, зловеще прошипела: — Гарольд, ты вынуждаешь меня поступать так, как мне совсем бы не хотелось!
— Где мы? — испуганно спросил король.
За окном появилась девушка в чепчике и сказала:
— Добро пожаловать в закусочную! Делайте ваш заказ!
— Моя диета испорчена! Ты доволен? — прорычала Крестная, обращаясь к Гарольду. — Ладно! Две прожаренные крысы без майонеза, с кетчупом «Чили».
— Мне — средневековый ужин! — заявил из-за ее спины принц Чайминг.
— Итак, один средневековый ужин… Гарольд, картофельные завитки?
— Нет, спасибо…
— Может быть, бутерброд с крысятиной?
— Нет-нет, я не голоден!
Как раз в этот момент в окно кареты подали пакет с едой:
— Ваш заказ, Крестная Фея! — И следом просунули лабрис — двусторонний боевой топор. — Это прилагается к средневековому ужину.
Фея с трудом удержала тяжелый топор обеими руками и передала его сыну:
— Держи, дорогой!
Карета рванула с места, а Крестная продолжала:
— Мы заключили сделку, Гарольд! Не думаю, что тебе нужен мой отказ!
— Нет, конечно же, нет!
— Значит, Фиона и принц будут вместе?
— Да…
— Поверь, Гарольд, так будет лучше… не только для твоей дочери, но и для всего королевства!
Между тем, карета снова оказалась напротив балкона, и один из сидевших рядом с королем вышибал помог ему перебраться на балкон, причем далеко не самым нежным способом — попросту выпихнул его из кареты, так что Гарольд едва удержался на ногах. И тотчас ему в руки швырнули топор — приложение к средневековому ужину.
— Но что ты от меня хочешь? — спросил король в ужасе, сжимая лабрис.
— Напряги свое воображение! — И с этими словами Крестной карета исчезла в вихре волшебных искр. Король остался стоять на балконе, держа топор в дрожащих руках…
Глава восьмая
Ночные приключения продолжаются
Этой же ночью, но чуть позже, по дороге проскакал одинокий всадник.
Проехав через весь город, он оказался у стоящей на отшибе таверны, над которой красовалась вывеска: «Отравленное яблоко». Всадник в плаще спешился и направился ко входу. Подойдя, он постучал условным стуком. В окошечке двери появился глаз, внимательно оглядевший позднего посетителя, после чего дверь открылась, и одноглазый верзила, стоявший на пороге, довольно вежливо сказал: