А жуки по-прежнему кромсали учительницу, набрасываясь на нее со всех сторон. Они вновь начали вгрызаться в ноги мальчика. Маленькие хищники передвигались довольно стремительно, сотня за сотней они выкатывались из темноты и устремлялись к людям.

– Беги, Максим, – простонала Вера Семеновна. – Приведи кого-нибудь.

Она слабела на глазах от потери крови. Максим заплакал от страха, жалости к истерзанной женщине и собственного бессилия.

– На помощь! – закричал он. – Помогите кто-нибудь!

Максим отлично понимал, что крик брошен в пустоту. Сейчас в школе почти никого нет, а если кто и есть, то где-то на первом этаже, здесь, на третьем, его никто не услышит. Но на зов неожиданно явился Васька с кистью в руке. Максим совсем и забыл про него.

– Ты чего тут разорался? – хмуро поинтересовался Васька.

Но увидев окровавленную учительницу и сотни жуков, копошащихся на ней и вокруг, он замер на месте, вытаращив глаза, и выронил кисть.

– Помоги, – прохрипел Максим.

Васька быстро пришел в себя. Он схватил женщину за другую руку и вдвоем мальчишки быстро потащили ее по коридору. Черные хищники устремились, за ускользающей добычей, впрочем, не очень проворно. Тысячи мелких лап, ударяющие в пол и соприкасающиеся панцири создавали звук, схожий с шелестом ветра и дождя.

– Стой! – крикнул Максим.

Он разбил локтем стекло на пожарном ящике, вырвал оттуда огнетушитель и холодной струей разметал жуков в стороны. Мгновенно заморозившиеся хищники замерли кверху лапами, остальные бестолково заметались у полосы инея, на время утратив способность ориентироваться.

Из того же огнетушителя Максим заморозил жуков на собственных ногах, испытав при этом такую боль, что даже крик застрял в горле. Холодная углекислота обожгла так, словно в раны залился уксус. Освободив себя, Максим при помощи все того же огнетушителя, сбил насекомых с тела учительницы. Женщина молча перенесла эту операцию, у нее уже не было сил кричать. До конца разрядив огнетушитель по напиравшим тварям, Максим бросил его на пол и снова подхватил женщину под руку.

– Быстрее! – крикнул он. – Пока они не очухались!

– А что это за тараканы? – спросил Васька.

– Долго объяснять.

Кое-как они выволокли учительницу на лестницу и спустились на один этаж.

– Смотри! – воскликнул Васька.

Он указал на окровавленные ноги женщины, где копошились десятки мелких хищников.

– Откуда они взялись? – удивился Васька. – Я думал, ты всех стряхнул, а их тут больше, чем было. Вон и на тебе сидят.

– Ах, черт! – ругнулся Максим и закусил губу.

Он совсем забыл об удивительной плодовитости инопланетных насекомых, их способности размножаться после еды без всякого спаривания.

– Они размножаются прямо в ранах, – сказал Максим. – Нужно немедленно промыть их, иначе все бесполезно. Если эти жуки выберутся из школы, их уже будет не остановить.

– Может, этим? – Васька кивнул на пожарный кран.

– Давай! – одобрил Максим. – Разматывай шланг!

Васька мигом размотал пожарный рукав и присоединил его к трубе. Максим прикрепил к трубе наконечник и скомандовал:

– Врубай на полную!

Мощной струей Максим основательно промыл раны учительницы, не забыл и себя. Вера Семеновна не издала ни звука, к этому времени она потеряла сознание.

– Они спускаются по лестнице, – с тревогой сообщил Васька.

– Идем. Надо вытащить Веру Семеновну на улицу и запереть все выходы. Нельзя выпускать жуков из школы, иначе все, катастрофа.

Васька выплеснул на лестницу свою краску из банки. Жуки на некоторое время остановили свое продвижение.

– Не нравится, – заметил Васька.

– Надолго их это не остановит.

– А что остановит?

– Не знаю. Один раз их всех сожгли, но при этом сгорело пол-леса.

– Так давай все спалим к ядреной фене! – оживился Васька. – В подвале столько бочек: краска, ацетон, растворитель, всякую фигню для ремонта завезли. Тут так полыхнет! Там еще баллоны газовые сложили, трубы будут варить. Сам видел.

– Тебе бы только пакостить. Сообщим, куда надо, пусть их всех дихлофосом перетравят. Идем.

Ребята понесли учительницу вниз по лестнице. Пожарный кран так и остался незакрытым, на ступенях зажурчали маленькие водопады.

– Это что за хулиганство! – прогремел знакомый голос, при звуке которого трепетали самые отъявленные «негодяи» в школе.

По лестнице поднимался директор Каюров, стараясь не начерпать воды в ботинки и не поскользнуться. Увидев ношу ребят, он всполошился:

– Что тут случилось?!