Бонни Барнетт.

Но Бонни вернулась в Орегон.

Может быть, у Стиви Осорио есть ее телефон.

Стиви болтался на борту исследовательского судна где-то в Тихом океане. Должны были быть другие экстрасенсы. Как их найти? Желтые страницы? Черил должна знать.

Когда в комнату вошел Шон, Энджела все еще мучилась из-за камня и не услышала, как подъехала его машина.

Он стоял в дверях и хмурился. Энджела заметила, что его правая щека припухла от новокаина.

— Привет. — Голос был приглушенным. — Что за праздник?

— Ты о чем?

Шон показал на огонь.

— Замерзла?

— Просто захотелось зажечь.

— Просто захотелось зажечь, да? — Нотка раздражения. Дрова стоили недешево.

— Как зуб? — спросила она.

— Сейчас прекрасно. — Он подошел к пышущему жаром камину, подержал над ним руки и обернулся к Энджеле. — Ну?

— Что «ну»?

— Что он сказал?

— Кто?

— Да доктор Спэрлинг же, Господи.

Озадаченный ее рассеянностью Шон нахмурился.

Энджела рассказала о визите к врачу. Шон слушал, глубоко засунув руки в карманы. Под конец он хмыкнул:

— Вот видишь? Что я говорил?

— Знаю, знаю. — Энджела поджала ноги, освобождая мужу место на диване. — Ты был прав. Как всегда.

Но он не сделал попытки сесть и продолжал стоять, внимательно рассматривая ее.

— Тогда в чем дело? — спросил он.

— Ни в чем. Я же тебе сказала. — Энджела удивленно воззрилась на него. — А что?

— Возвращаюсь и вижу, что ты лежишь на диване.

Энджела выглянула в окно. Небо уже почти сплошь затянуло тучами.

— Решила устроить себе свободный вечер, вот и все.

— А, — сказал Шон. — Все ли?

Энджела подумала, что это было сказано с явным сарказмом. Или она попросту приписывала мужу собственные грехи? Она села и спустила ноги на пол, нащупывая туфли. Шон нагнулся, чтобы подобрать разбросанные журналы.

— Что это?

Он явно прекрасно видел все сам.

— Просто журналы.

— Лучшего занятия ты не нашла? — Тон был подчеркнутым. Больше Энджела не сомневалась.

— Но я же сказала. Мне не хотелось работать.

Шон уселся на подлокотник кресла.

— И когда же ты, в таком случае, собираешься закончить сценарий?

Энджела сдвинула брови.

— Наверное, завтра. День или два ничего не меняют, правда?

— Прошло уже больше недели.

— Да что ты? — Намеренно изображая равнодушие, Энджела встала, размышляя, что же случилось с их далеким от педантичности стилем жизни, и пошла на кухню налить себе кофе. Но Шон все равно пришел следом.

— Хочешь кофейку? — спросила она.

Он открыл холодильник, вынул сливки и, захлопывая дверцу, сказал:

— Вейнтрауб говорит, эта лента — его самая большая удача.

— Его самая большая удача? — Энджела недоверчиво обернулась с кружкой в руке.

— Так он сказал. — Теперь Шон усмехался.

Снаружи раздался шум мотора. Хлопнула дверца.

— А это еще кто? — Шон выглянул в кухонное окно. — О Господи. — Он резко втянул воздух.

— Кто там?

— Джерри.

— Стейнберг?

Шон кивнул, пошел к черному ходу и распахнул дверь, приветствуя приятеля.

— Ты глянь, кто к нам пожаловал! Ах, чертов сын!

Джерри выглядел исхудавшим, бледным и слегка прихрамывал при ходьбе. Он приехал на новом красном МГ.

Они встретили его за порогом кухни и по очереди обняли, смеясь. Энджела заметила, что на переносице и на верхней губе у Джерри остались шрамы.

Они перешли в гостиную. Шон подбросил дров в огонь. Джерри сел в кресло. Энджела принесла кружку кофе и хрустящее шоколадное печенье, которое пекла сама. Все это она поставила на столик и села на диван.

Шон поворошил поленья в камине.

— Когда ты выписался?

— Вчера.

— Фрэнк нам не сказал.

— Нет?

Энджела подвинула к нему печенье. Джерри взял две штуки.

— Как новая машина? — спросила она.

— Неплохо. Но я бы предпочел сохранить старую.

Энджела сняла со своего свитера сухой лист. Шон сдвинул брови, глядя в пол.

— Ага. Конечно. — Он поднял глаза. — Ну, отлично, что ты снова на ногах.

Вымученный разговор продолжался около получаса. Энджела сочла, что с тем же успехом можно было бы общаться с совершенно посторонним человеком. Джерри все еще с трудом припоминал имена, названия, события, в которых они участвовали вместе. Он то и дело отклонялся от темы разговора, а в глазах появлялось озадаченное выражение. Сам Джерри объяснил, что ему кажется, будто половина мозга у него спит.