– А если он применит против вас силу?
– спросил журналист.

– Сила и у нас есть. Но, как сказал наш национальный герой Александр Невский, не в силе Бог, а в правде. А правда за нами.

– Спасибо!
– сказал иностранец, опуская видеокамеру.

– Ты в Бога веришь?
– спросил Фёдор у парня в синей куртке.

– Верую.

– И коммунист?

– Я не люблю коммунистов!

– Ну, а ты?
– обратился Фёдор к дружиннику.

– Коммунист!

– И партбилет есть?

– Есть!
– парень с гордостью показал свой партбилет.

– Ну что ж, молодцы ребята, - сказал Фёдор вставая и отходя от костра.

Толпа на площади к этому времени распалась на небольшие группы по восемь-десять человек, которые сидели у костров, между ними сновали люди с фото- и видеокамерами. У двадцатого подъезда прохаживались люди в военной форме. Это были офицеры, у каждого на плече висел автомат. В другом конце площади стоял огромный мусорный бак с надписью "Ящик для Ельцина", прямо под баком сидели четыре охрипших хасида и пили кофе, подкрепляя свои ослабевшие силы.

От костра поднялся человек и направился к Фёдору. Он показался ему знакомым. Фёдор присмотрелся и вдруг, к своему удивлению, узнал своего давнишнего приятеля, с которым не виделся несколько лет.

– Бог ты мой, Андрюха! Сколько лет, сколько зим!
– И они обнялись. Андрей был невысокого роста, худощавый и носил очки.
– Ну, когда станешь доктором наук?

– Вот сейчас работаю над диссертацией.

– Молодец! А сюда зачем пришёл? Против ублюдка Ельцина?

– На наших глазах происходят важнейшие исторические события. Неужели я, историк, могу сидеть дома? Сам-то чем занимаешься?

В этот момент хасиды допили свой кофе. Один из них, очень длинный и худой еврей, закрыл крышку термоса, прокашлялся и завопил: "Москва принадлежит евреям!"

– Москва - наш город!
– подхватили трое других.

Мимо прошли двое казаков. Один был средних лет с бородой, в погонах сотника, а другой - совсем ещё юноша с чистыми погонами.

– Из какого войска, станичники?
– спросил Фёдор.

– По форме видно!
– сказал юноша не без гордости.

– Донцы что ли?

– Они самые.

– Ну так чем ты занимаешься?
– спросил Андрей Фёдора.

– Работаю в детском театре, занимаюсь лазерной графикой.

– А это что такое?

– Видишь ли, - начал Фёдор, - обыкновенный солнечный луч состоит из семи цветов. Лазерный луч состоит только из одного цвета, он монохроматичен, поэтому с его помощью можно получить объёмное изображение. Теперь представь спектакль, где все декорации выполнены из света, и они объёмна, живые только актёры. Это театр будущего, причём декорации абсолютно любые; скажем, кораблекрушение - летают чайки, плавают обломки корабля. А нажал кнопку - и пожар в джунглях: бегут, спасаясь от огня, звери летят перепуганные птицы, бушует пламя, и всё это объёмно, реально, всё это двигается. Причём если в современном театре декорации меняют пять-шесть раз то здесь можно сделать двести-триста смен декораций и абсолютно любых, ярких, красочных и реальных.

– И сколько же тебе за всё это платят?

– Как и везде простому советскому инженеру.

Постепенно начало светать. Было уже шесть утра, когда оба друга направились к ближайшему метро, мирно беседуя. Проходя мимо небольшого палисадничка, они услышали чьи-то крики и глухие удары. Друзья бросились на эти звуки и, раздвинув ветки кустов, увидели, как несколько молодых парней били хасидов.

– Ой... ой... ёй... помогите!
– вопили евреи, извиваясь под градом ударов, сыпавшихся на них со всех сторон. Больше всех старался парень с повязкой дружинника.

– Я тебе покажу, чей Москва город!
– кричал он, избивая длинного и тощего хасида.

– М-да!
– произнёс Фёдор.
– Нормальный ход.

– Я думаю, что наша помощь здесь не нужна!
– сказал Андрей.
– Обойдутся без нас.

И приятели пошли дальше.

Глава вторая

Фёдор вошёл в гостиницу и, пройдя по коридору, остановился у лифта. Рядом стояла ярко разодетая девушка в чёрных ажурных чулочках и короткой юбке, обильно разукрашенная косметикой. Девица быстро окинула Фёдора цепким оценивающим взглядом и презрительно отвернулась.

"Двустволка, - подумал Фёдор, входя в лифт.
– Небось, этой шпаклёвки на ней полтора килограмма". Он нажал кнопку и стал подниматься вверх. На одном из этажей лифт остановился, и Фёдор оказался в ресторане.

В зале играла музыка, а в дальнем конце за столиком сидело трое мужчин. К ним и подошёл Фёдор.

– Здравствуйте! Надеюсь, не помешаю.

– Здравствуй, Федя, присаживайся!
– Это был американец Джон Смит, корреспондент одной из крупнейших газет. Двое других тоже доброжелательно кивнули Фёдору.