Что ни говорите, а Мертон был великим бойцом, пусть даже и скотиной редкостной. Он сумел подняться после этого удара, хотя наверняка чувствовал себя так, словно в него врезался танк. Он выпрямился, но уже был не в состоянии даже закрыться, его руки висели плетьми, колени подламывались.

И тогда монах протянул руку, ухватил Мертона за рукав с нашитым черным пауком и дернул на себя. Рукав оторвался, монах отбросил его прочь и, отходя, наступил босыми пятками. Будто гадину растоптал. А отходил он потому, что Мертон, не в силах устоять от рывка, валился на татами ничком.

Полагаю, вы догадываетесь, что происходило на трибунах. Скажу только, что снесли и сравняли с землей центральные ворота, в которых били подвернувшихся фалангистов и вступившуюся за них полицию. И до сих пор, кстати, не отстроили. Сам я того не видел, но дружки говорят, что давно так душу не отводили!.. Нашего монашка сгоряча хотели объявить святым, да разыскать не смогли: под шумок сгинул. Вместе с одним таксистом… Остались лишь посох и сандалии. Между прочим, вы можете их видеть в нашем музее спортивной славы при Большой арене.

Вообразите себе: едем это мы с вами по тихим извилистым улочкам маленькой столицы крохотного государства, а где-то на окраине, в затхлой комнатушке, доверху заваленной книгами, за письменным столом сидит человек, обладающий секретом невероятного могущества. Он мог бы иметь деньги и власть, если бы захотел, но он просто сидит и пишет. Потому что деньги, конечно, неплохая штука, но они не главное в этой жизни. Да и во всех последующих воплощениях. Совсем не главное… Так что пусть он сидит себе и пишет, а мы тем временем подъедем к самому шикарному столичному отелю. Только не пугайтесь его внешнего вида, внутри он гораздо привлекательнее. Настоящий экстра-супер-люкс.

Почему я не побоялся вам все это рассказать? Ну что вы, разве я похож на сумасшедшего… Я же отлично знаю, что у вас там тоже не любят черных пауков.