Он шел к дороге, и каждый шаг давался с трудом, будто он без роздыха шел целые сутки или надел, как водолаз на переправе, свинцовые башмаки.

Семен перегнулся со своего сиденья, распахнул дверцу.

– Что, не дает?
– спросил он.

– Он не видит, - сказал Юрка.

– Чего не видит?
– не понял Семен.

– Ничего не видит. Совсем. Ну, ослеп он. Понимаешь?

У Семена приподнялись брови, он тихонько присвистнул.

– Вот это да...
– Он помолчал.
– Водочка?

Юрка пожал плечами.

– Ну и как ты решаешь?

– Понимаешь, на мамку теперь все... И пацаны... И он, слепой...

– Раздумал, значит?
– Семен, прищурясь, посмотрел на побелевшую от зноя дорогу.
– Что ж, видно, правильно... Тогда - привет. На обратном пути заеду.

Он захлопнул дверцу. Стартер зарычал, машина тронулась с места. Сзади, грохоча и подскакивая, подлетел самосвал, обогнал Семенову машину, за ним пролетел второй, потом еще и еще. Машины мчались, рявкали сигналами, подгоняя друг друга, и нельзя было понять, то ли они догоняют что-то и никак не могут догнать, то ли убегают от чего-то и боятся, что убежать не смогут. Они мчались все быстрей и быстрей, и все мимо, мимо...

Юрка повернулся и пошел к дому.

1965 - 1966