– Пойди, детка, собери бутылки, сдай, и будет тебе и мороженое, и карта, и все остальное. А теперь сделай так, чтобы мы тебя больше никогда и нигде не увидели.

Последнюю фразу блондинка произнесла тихо, но с таким подтекстом, что Алиса не стала дожидаться более подробных разъяснений. Она лишь пожалела о том, что сейчас с ней рядом нет Кости. Он бы не дал ее в обиду. Дойдя до "пограничного" столба, Алиса снова, на этот раз уже руками, стала разгребать песок Ничего так и не найдя, она поднялась с четверенек и пошла по пляжу, утюжа ступнями горячий песок. Дойдя до последнего металлического грибка, Алиса обернулась и посмотрела на длинный "лыжный" след, оставленный ее босыми ногами. Эти две колеи, уходя вдаль, постепенно сливались в одну. А в судьбе Алисы такого слияния не было: ее "колея" и "колея" Кости шли строго параллельно, и надежд на то, что они когда-нибудь сольются, увы, не было...

Ползая на четвереньках возле столба, Алиса искала не сумку и даже не кошелек, в котором лежала крупная сумма денег, выделенная родителями дочери для покупки подарка ко дню рождения. Она искала более дорогую для себя вещь - дневник, которому она доверяла свои самые сокровенные мысли.

Опустившись на круглую скамью под грибком, Алиса положила руки на круглый столик, похожий на испанский воротник. Опустив голову на кисти рук, она стала смотреть на реку. Легкий ветерок, играя с рекой, дурачился, и то тут, то там на воде появлялась мелкая рябь. Солнечные блики, весело перемигиваясь, гонялись друг за другом, и со стороны казалось, что река, с удовольствием отвечая на заигрывания ветерка, радостно смеется...

Справа от Алисы, шурша по асфальту шинами, проехала машина. У самой реки она, взвизгнув тормозами, остановилась. Когда открылись все четыре дверцы, из салона автомобиля вырвался хриплый голос Шафутинского, обещавший рай на земле для всех тех, кто в него верит.

Из иномарки вылезли четыре крупные фигуры с лоснящимися затылками и двойными подбородками. Затылки и подбородки занялись каждый своим делом: кто вытаскивал из багажника шашлычницу, кто расстилал на траве "скатерть-самобранку"...

Когда шашлычный запах добрался до Алисы и одурманивающей волной окутал ее, она почувствовала, как сильно ей хочется есть. Невольно сглотнув слюну, девочка услышала заливистый смех одного из толстощеких "хомяков". А потом прозвучал и его голос:

– Эй, худышка! Спускайся к нам! Деликатесом угостим!..

Алиса изо всех сил стиснула зубы. Но слово "худышка" стало последней каплей, переполнившей чашу ее терпения. Алиса стала колотить кулаками по "испанскому воротнику" и вопить:

– Что я вам всем сделала?! Что вам всем от меня надо?! Что?!! Убирайтесь отсюда!! Я первая сюда пришла!!!

"Хомяки" с интересом выслушали гневную тираду девчонки, и самый дородный из них предложил тост:

– За нимфеток!

Алиса встала и поплелась к автомагистрали. Самый общительный из "хомяков", протягивая "нимфетке" шампур с кусками мяса, покрытого золотистой корочкой, кричал вслед Алисе:

– Эй, насекомое! Куда же ты?

Алиса вышла прямо к троллейбусной остановке. Но ждать троллейбуса она не стала. На дискуссию с кондукторшей у нее уже не было сил, а платить за проезд было нечем. Идти пешком до дома надо было целых пять остановок, а до тети Лоры - всего два квартала. И Алиса пошла к тете, не зная, дома она или нет. "Но даже если ее и не будет, - решила Алиса, сяду около двери и не сдвинусь с места, пока она не придет".

Алисе уже было все настолько безразлично, что она совершенно не обращала внимания на глазевших на нее людей. Машина с кавказцами, ехавшая навстречу, стала ей громко сигналить. А усатый водитель, высунувшись из окошка, предложил:

– Садись, привезем тебя, куда скажешь!

Алиса прошла мимо, даже не взглянув на говорившего. Машина развернулась и, догнав Алису, поехала рядом.

– Ты что, глухонемая? Из дома убежала, да? А может, парень тебя какой обидел? Ты скажи, мы ему объясним, как надо с маленькими девочками обращаться!

Алиса свернула в сквер, через который машина не могла проехать. Кавказцы еще что-то кричали ей вдогонку, сигналили, беспрерывно давя на клаксон, но она даже не прибавила шагу. Дойдя до подъезда тети Лоры, Алиса чуть было не повернула назад. Она вдруг отчетливо вспомнила о том, что тетя предупредила маму о своей поездке в усадьбу. Летом тетя Лора предпочитала находиться за чертой города.

Поднявшись на третий этаж, Алиса три раза подряд резко нажала на звонок В ответ на условный сигнал за дверью послышалось собачье повизгиванье, и Алиса облегченно вздохнула: тетя никогда не оставляла Цезаря дома одного.

Дверь отворилась. Тетя, увидев Алису, присвистнула и изумленно вскинула брови. Затем, рассмеявшись, "похвалила":

– Вот это прикид!

Алиса, прислонившись к дверному косяку, парировала:

– Здесь поболтаем или чайком угостишь?..

– Извини, Киска, входи!

Сопровождаемая спаниелем, вертевшимся под ногами, Алиса вошла в прихожую и увидела в красивом старинном зеркале свое отражение. "Уродина, - подумала Алиса, - ни рожи ни кожи! Хотя рожа сегодня выглядит более или менее экзотично, как раз для собирания бутылок А "хомяк", назвавший меня "худышкой", не прав! Я - стройная, а не худая!" Успокоив себя таким образом, Алиса подошла поближе к зеркалу и стала рассматривать кровоподтек под правым глазом. Тетя, заглянув через плечо Алисы, спросила: