— Черт, — пробормотал Хайден, цепляясь за угол дома, чтобы остановиться. Рука скользнула к сабле…

Пират нырнул к нему, но пролетел футах в десяти, все еще глядя в сторону.

— Какого… — Хайден и Обри не верили своим глазам: поскольку веревок поблизости не было, пират не мог уже изменить курс, а значит…

— Невероятно, — прошептала Обри, когда преследователь исчез в воронкообразном входе в полицейский участок. — Ты что-нибудь понимаешь?

— Я понимаю только одно, — бросил Хайден. Из отделения вдруг посыпались люди в форме с мощными ножными стабилизаторами. Где-то позади здания заурчали пропеллеры. — Нужно вернуться к байку!

Обри, опустившись на угол дома, во все глаза наблюдала за роем полицейских.

— Но что это…

— Он с ними заодно! Быстрее!

— О, боюсь, вы немного опоздали, — раздался позади них знакомый голос.

Хайден повернулся.

Капитан Дентиус стоял на крыше дома, в каких-то пятнадцати футах от них, и казался весьма довольным собой. Возможно потому, что справа и слева от него застыли два полицейских.

— Еще раз привет, — сказал он своим трескучим голосом. — Всегда приятно наткнуться на бывших клиентов… особенно если у тебя с ними есть еще незаконченные дела.

— Мерзавец! — Наконец-то Хайден нашел, на кого выплеснуть гнев. Выхватив саблю, он бросился к врагу, не обращая внимания на полицейских. В последний момент, когда клинок был уже у горла пирата, тот увернулся, но Хайден успел перевернуться ногами вперед и изо всех сил пнуть его в грудь. Отлетев к Обри, он схватил ее за руку. — Уходим!

В следующий момент они скрылись за углом, преследуемые сердитыми криками.

— Невероятно, как это у тебя получилось! — воскликнула она. Рядом прогремел выстрел; из-за полицейского участка вылетел черный рой байков.

— Захвати инициативу и шансы уже на твоей стороне, — рассмеялся Хайден. — Это первое, чему учат в пиратской школе!

— Похоже, Дентиус прогулял это занятие. Что будем делать? — Они оказались в ловушке жилого квартала, окруженные со всех сторон полицейскими. Выход оставался только один; Хайден разрубил тонкую деревянную раму окна, и Обри устремилась вперед.

Они оказались в странной квартире, напоминающей соты осиного гнезда. Полуодетая пара на кровати в ближайшей ячейке завопила от страха. Длинные и тонкие конечности придавали им сходство с пауками. Мужчина замахал руками, ища, чем бы запустить в непрошеных гостей.

— Извините! — Хайден и Обри проскочили, а в разбитое окно уже вваливались полицейские и пираты.

Выбравшись в туннелеобразный коридор, Хайден увидел открывающиеся справа и слева двери.

Крики и выстрелы растревожили весь дом.

Перебираясь с веревки на веревку, беглецы поспешили к выходу, но в считанные секунды оказались в окружении возмущенных гехелленцев.

— Это печать времен второй эры династии Кеппери, — услужливо сообщил придворный, указывая на стену банкетного зала, безнадежно испорченную броским уродливым пятном бледно-зеленого и бежевого цвета. Венера уже собиралась отпустить подходящую случаю реплику (что-нибудь вроде «как мило»), когда заметила происходящее возле дверей.

— Извините. — Поискав глазами мужа, она обнаружила его неподалеку, с Рейссом. Адмирал преспокойно смаковал четвертый бокал вина. Гравитация определенно сказывалась на обоих не лучшим образом. Венера наклонилась поближе. — Нас блокируют.

— Прекрасные новости, дорогая, — рассеянно кивнул Рейсс. — Правительство Гехеллена согласилось выпустить ваших людей на берег. Думаю, если мы подойдем к боковому окну, то сможем увидеть, как они сходят с корабля.

На лице Чейсона проступило озадаченное выражение.

— Я начинаю думать, что ты права, дорогая. Кто те люди, которые только что вошли?

Венера даже не оглянулась.

— Плотные, непримечательной внешности, расчетливые в движениях, одеты неброско?

— Да, но откуда ты…

— У отца были несколько таких; насколько я помню, служили прежде в Формации Фалкона. Это агенты тайной полиции, любовь моя, не узнал ты их по причине ужасной неосведомленности в определенных областях. — Она продолжала улыбаться, и по правде говоря, улыбка эта отнюдь не стала более фальшивой, чем пять минут назад. — Полагаю, нас арестуют, а наших людей уже выводят с кораблей.

— Они не могут… — пробормотал посол Рейсс.

— Придумай же что-нибудь… быстрее, — прошипела Венера, услышав медленно приближающиеся уверенные шаги сзади.

— Извините, — произнес голос, отштампованный, похоже, тем же, что и у Карриера, прессом.

Венера заглянула мужу в глаза и увидела кое-что, чего никогда не видела прежде — холодную, расчетливую ярость. Схватка с пиратами разлучила их, но она слышала, что он подстрелил несколько человек из ангара «Ладьи». Тот, кто сделал это, не был тем, с кем она препиралась за обедом, кто так легко уступал ей в домашних вопросах, что это повергало ее в отчаяние. Она надеялась встретить рано или поздно такого мужчину, но при лучших обстоятельствах.