Мы с оборотнем послушно поднялись с насиженных мест, предварительно изничтожив остатки завтрака и наперегонки, толкая друг друга локтями, побежали в мою комнату.

После Рильен плотно закрыл за собой дверь и принялся раздеваться. Ой, а я как-то не учла этого факта. И потому застыла столбом.

— Дэ-эвушка, вам уже не терпится погреться со мной холодной ночью? — Хмыкнул рысь, на секунду оторвавшись от шнуровки штанов.

Я уничтожающе просверлила его взглядом и отвернулась. Да, как мне ни хотелось посмотреть на перевоплощение истинного оборотня, больше мне симпатизировала мысль все же не видеть его голым.

«Хотя именно в таком виде ты с ним и спала.» — Хихикнуло подсознание.

Во блин, проснулась, зараза.

«А то. Я тебя одну не брошу в столь, гхм, пикантной ситуации.»

Ой, помолчи, а?

«Да ради всего святого! Тем более, что наш дружок уже оброс шерсткой.»

Я не выдержала и повернулась. И вправду. Огромный рыжий зверь, хитро на меня глядя, принялся плавно подкрадываться, обращая мое внимание на бугром перекатывающиеся мышцы. Однако.

— Мда… — задумчиво изрекла я, ничуть не пугаясь, — шерсть у тебя коротковата, так что погреться особо не получится, но зато охота будет на тебе! — Весело закончила я.

Рильен от подобной наглости поскользнулся и совсем не грациозно осел на пол. Я фыркнула, справедливо почувствовав себя лошадью, и вышла из комнаты.

Внизу все действительно уже собрались, но не сказать, что проснулись. Зоф откровенно зевал, уставившись осоловелыми глазками на что-то упорно втирающего ему нимфа. Эден то и дело взлохмачивала свою черную шевелюру с седыми прядками и, манерно потягивая чай, гордо рассказывала о сдаче своего экзамена молчаливому Дануру. Тот лишь изредка кивал и иногда, болезненно морщась, ощупывал свое левое остроконечное ухо. Насколько я поняла, совсем недавно с ним «поигрался» Сарут, на довольной физиономии которого сейчас было написано вселенское счастье. Похоже Дануру, полуэльфу по своей природе, было ужасно больно, что не удивительно. Уши у эльфов очень чувствительное место, даже более чем… гхм, ну вы меня поняли. А сам Сарут на пару с Мекрисом обсуждали новые гномьи секиры, что вчера видели на ярмарке. Демон с вампиром о чем-то горячо спорили, склонившись над картой и задевая ее кончиками носов. А в углу, с чашкой грушевого сидра, сидела Саина и осуждающе смотрела на меня.

«Ща будет кому-то выволочка.» — Хихикнуло мое вездесущее подсознание.

Я приказала этой ведьме заткнуться и с некоторой опаской подошла к подруге. Та внимательно меня осмотрела, словно впервые видя, и, махнув мне рукой, чтоб я следовала за ней, вышла на улицу. Я вышла следом на крыльцо и застыла провинившимся истуканчиком за ее спиной, еще толком не зная, в чем именно состоит моя вина.

— Итак. — Начала она нейтральным голосом. Мамочки!

— Сань…

— Знаешь, я думала, подруги все друг другу рассказывают. А ты молчала все это время. Я полагаю, все началось именно тогда, на экзамене?

— Что?

— Не придуривайся! — Она гневно обернулась ко мне и крепко сжала мои плечи, пристально глядя мне в глаза. — Неужели ты думала, что если откроешь мне свое происхождение, я тебя отвергну, как подругу? — Если честно, именно так я и думала. — Вспомни же! Девять лет назад облик и раса не имели для нас значения! Мы сдружились из-за сущности, и не знаю как для тебя, а для меня это осталось важным до сих пор! Тоже мне, полудемон! Да ты такой же человек, как и остальные, если все еще боишься рассказать мне о себе! И я тоже хороша! — В глазах Саины блеснули назревающие слезы. — Совсем ведь о тебе забыла. Как увидела Сарута в зеркале, будто обезумела от счастья…

Санька наконец дала волю слезам и прижалась ко мне. Я заключила ее в объятья и почувствовала себя неблагодарной свиньей.

— Не надо было нам тогда гадать. — Наконец прошептала я — Ой не надо было…

— Прошлое не воротишь, подруга. — Буркнула Саина, вытирая нос о мою жилетку. Узнаю прежнюю Саньку.

И мы вернулись в столовую, где вампир с демоном прекратили, наконец, спорить и прислушались к Сар-Элю.

В глазах рябило, к горлу подкатывался противный комок, а лицо отливало нежной зеленью. Не выдержав очередного спазма желудка, я перегнулась через борт корабля, присоединяясь к Саньке и Эден. Несколько часов назад мы покинули гостеприимный трактир и взобрались на это чудовище с ласковым названием «Морской Ежик». Кстати, сбылось пророчество Рина (я уже говорила, что он предсказатель хренов?) — как только мы отчалили от берега и начали проплывать один блок за другим, отделяющих материки, что-то внутри меня будто с цепи сорвалось и начало активно пробиваться наружу. Сила демона? Может быть, но на данный момент меня больше интересовал мой завтрак, интенсивно покидающий временное пристанище — мой желудок. О, Создатель!.. Когда твой организм штормит, словно океан неведома как заплывшего карася, трудно думать о еде. А я-то наивная думала, что морская болезнь минёт меня! Наивная… А тут еще наглая рожа Рильена. Вот скотина! Ну ничего, сойдем на берег, я ему покажу, что такое шторм! В магическом плане.

— Потерпи. — Со всей дури хлопнул меня, невесть когда успевший подобраться Сарин. — всего через неделю приплывем.

— Неделю!!? — Обреченно просипела я, чуть теряя контроль над собой, от чего по моему телу прошел разряд молнии и ударил в демона.

Тот отдернул руку и, обидевшись, удалился.

— Порядок, Ренка, — хрипло, но радостно просветила меня Саня, сползая на палубу и прикрывая рот. — Я уже избавилась и от завтрака, и от ужина с обедом — дело за тобой.

— Не хочу-у-у! — Провыла я, наперекор своим же словам, снова перегнувшись через борт.

— А надо! — Пакостно хмыкнула Эден, присоединяясь ко мне.

— Молчи, Эня, и без тебя худо!

— То ли еще будет. — Накаркала Санька.

…И как всегда оказалась права…

— Айре-ена, — пропел Рин над ухом, — пошли кушать.

Я сонно запустила в него подушкой и, чувствуя как противный комок, даже сквозь сон, подкатывает к горлу, постаралась отогнать подальше мысли о еде.

— Уйти с глаз моих долой, недоразумение крылатое, — буркнула я и, призадумавшись, добавила, — и со слуха тоже!