– Не то.

Верити повернулась.

Сначала ей показалось, что он невысокого роста. Но, поглядев внимательней, Верити поняла, что рост скрадывался легкой сутулостью в плечах. Мужчина казался крепким, словно высеченным из кремня, но у Верити сложилось впечатление, что это достигнуто мучительными усилиями, как будто назло довлеющим над ним обстоятельствам. Еще она заметила темные немигающие глаза, темные прямые волосы и тянущийся от лба к кадыку шрам. Шрам не воспринимался как физический недостаток, он был скорее признаком мужественности, одной из тех черт, из которых складывается облик мужчины.

– Ну, вы достаточно увидели? – Голос был холоден, и Верити покраснела.

Она подыскивала слова для извинения, и в это время мужчина сделал по направлению к ней несколько шагов. Шел он медленно, то ли из-за хромоты, то ли из-за нарочитой обдуманности в движениях.

Несомненно, это был Бартли Принц.

– Простите, – сказала Верити, отчаявшись подобрать более изысканное извинение.

– Ничего. – Он пожал плечами.

– Видите ли, вы мой первый посетитель после полудня. Он остановился как вкопанный.

– Ваш первый посетитель? Да кто вы такая, собственно?

– Новый продавец. – Она вспомнила, рассказ миссис Принц о комплекте для ванной, и с ее губ сорвалось, прежде чем она успела подумать: – Сейчас вы скажете: «Ох, мама!»

– Ох, мама! – согласился Барт.

После короткой неловкой паузы они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Извините, что вам не сказали обо мне раньше, – проговорила Верити.

– Теперь я знаю, почему мама упорно притворялась глухой, когда я спрашивал, кто займет ее место, пока она будет в Канаде. Хитрющая у меня мама. Она улетела вчера ночью и отлично знала, что я не смогу ее заменить.

– Это все вообще-то для женщин? – Сказав это, Верити огляделась. Действительно, в «Женском замке» трудно было найти место, подходящее для мужчины.

– Только не эта комната, – сухо проговорил Барт Принц, словно прочитав ее мысли. – Кабинет – типично мужское место. Ведь вы же задумали сделать из этой комнаты кабинет, так?

– Да, – ответила она.

– Тогда зачем вы раскладываете здесь цветные подушки?

– Ну… здесь должен быть контраст.

– Контраст? Здесь?

Он подошел к Верити, взял зеленую подушку, которую она до сих пор держала в руках, и отшвырнул ее в сторону:

– Смотрите.

Верити сразу поняла, что он был прав. Правила дизайна могли сколько угодно твердить о контрасте, но в этом отдельном случае Бартли Принц был прав. Все выглядело теперь безупречно.

Она посмотрела ему в глаза. Темные неулыбчивые глаза Бартли Принца. Не доброго принца, не красивого принца, а принца серединка на половинку…?

– Я Барт, – сказал он немного сердито. – Вы, конечно, уже поняли это. А вы?

– Мисс Тайлер. Он ждал.

– Верити Тайлер, – добавила она.

– И вы ею пользуетесь? [1] – лениво спросил Барт Принц, нагибаясь, чтобы подобрать подушку.

Верити хорошо поняла, что он имел в виду, ей часто говорили такое, но тем не менее сказала:

– Если вы имеете в виду правду…

– Именно.

– Тогда я отвечу «да». Если, конечно, это не может кому-нибудь повредить.

– Но сейчас вы никому не боитесь повредить?

– Нет.

– Это хорошо, что я не мешаю вам говорить правду. Впрочем, не зная меня, вы все равно не боялись бы меня обидеть.

– Я не знаю вас, но совсем не собиралась быть равнодушной.

– А вы, оказывается, добросердечная женщина.

– Мистер Принц, – осторожно сказала Верити, – вы всегда подобным образом ищете повода для ссоры?

– Я ищу правду. Можете вы смотреть мне прямо в глаза, а не в сторону?

– Да.

– Это потому, что вы такая добрая? – поддразнил он.

– Я думаю, мистер Принц, – отважилась Верити, – вы чересчур все усложняете.

К облегчению Верити, почувствовавшей, что разговор принимает нежелательный оборот, Барт улыбнулся. У него была обаятельная улыбка. Когда он улыбался, шрам придавал его лицу почти что проказливое выражение и он казался менее грозным.

– Полагаю, да. Мы все склонны преувеличивать, особенно когда дело касается нас самих. – Он на мгновение нахмурился, но тут же довольно благожелательно спросил: – Уже все осмотрели?

– Великолепный салон! Я работала в Лондоне в шикарном месте, в Челси, но здесь… никакого сравнения, – ответила она искренне.

– Этот салон основал мой отец.

– А вы продолжаете его дело, – с энтузиазмом сказала Верити, начисто забыв, что говорила ей миссис Принц.

Но Барт не дал продлиться ее заблуждению.