Глупенькую аристократку, решившую пощекотать нервы прикатив к жениху на передовую, разыграла мастерски. Наплела солдатикам с три короба про застрявший на лесной дороге автомобиль. И как её ждут! (Хотя это-то чистая правда, если не уточнять, где именно) Попросила помочь. От её улыбок солдатики просто растаяли. Забралась в кабину и поехали. Весьма мило болтали. Софи-то выглядит очень молоденькой, а и щебечет вовсе как шестнадцатилетняя дуреха. Кабина просторная, Софи сидит с краю, так что оба солдата чуть шеи не свернули, на неё пялясь. А как до поляны доехали, сказала Софи что дальше не проехать. Все трое выбрались из машины…

Какая-то милая фраза оборвалась на полуслове прерванная грэдским 'Ни с места. Руки вверх' . Подкрепил фразу неизвестно откуда взявшейся в руках у леди пистолет. А обе винтовки остались в кабине.

Под дулом пистолета солдатики заправили истребитель. Физиономии у обоих нежно- зелёные. То ли от того, как их посадили в лужу. То ли от зажатой в зубах леди сигареты. Шуточка в лучших традициях Софи, курить в паре метров от бензовоза.

Потом солдат связала. Если как следуют будут дергаться, то выпутаются. На прощанье сунула одному (посимпатичнее) в карман пачку дорогих грэдских сигарет. Прихватила на память о приключении его кепи. Ну и затворы от обеих винтовок, разумеется. Уже стояла на крыле, когда тот крикнул.

— Эй, да кто ты хоть такая?

Обернулась. Рассмеялась. Послала воздушный поцелуй.

— Пока, мальчики! Вы мне понравились! Я Катти Сарк!

Лица у них перешли в сильно вытянутое состояние. Услыхали знакомое имя. Вещают на всех частотах 'Внимание! Опасность! ', когда она в воздухе. Ну, а этим двоим 'посчастливилось' повидать, какова Катти Сарк на земле.

Но ещё больше вытянулись лица у летной команды на своем аэродроме. Да у прочих пилотов с командиром части, уже прикидывавшем, в каких выражениях составлять доклад в столицу. И скольки звездочек это ему будет стоить.

Оказалось, что одной.

Новой. На погоны.

А свои ордена Софи уже и так устала считать.

В финансовом плане подумывала о гонораре за стабильно продававшийся 'Дневник стервы' . Но оказалось, что новая власть включила 'Дневник' в список запрещённых книг. Непроданную часть тиража конфисковали, и публично сожгли. Конечно, этим добились только того, что проданные экземпляры теперь зачитают до дыр. И ясно почему. Досталось кое-кому из нынешних министров от Леди-скандал на орехи. Крепко досталось. И ведь Софи не только по физиологическим недостаткам проехалась. Хотя и по ним тоже. Ибо по-разному называют их высочество, но аполитичной личностью — никогда.

Ладно, пусть люди книжечку почитывают. Может хоть кто думать начнёт. Если слюни после описания процесса семяизвержения вытереть сможет.

Только вот у Софи денег от этих мыслей не появится. Даже если мысли у кого и проявятся. А они очень нужны. И мысли, и деньги. И мысли на тему денег.

Относительно спокойно пожить удалось только несколько дней. Хотя спокойствие довольно относительное. Пройдясь по своим владениям, пришла к выводу, что- либо охрана несла службу довольно небрежно, либо прислуга решила улучшить свое материальное благосостояние. Пропало много всевозможных дорогих и не очень безделушек. Неплохо порылись и в гардеробе. На кухне Софи раньше не появлялась, и о масштабах утрат там ничего сказать не могла. Холодильники оказались пусты. В одном обнаружилось замороженное человеческое дерьмо. И банка с желтоватым льдом.

''Можно подумать, я раньше не знала, что за свиньи эти люди' — подумала Софи. И пожалела, что при ней только стилет.

В винный погреб homo попасть не удалось. В противном случае разрушения во дворце оказались бы куда значительнее. Почему-то не тронули несколько дорогих машин в гараже. И не нанесли визита в детские комнаты. А в мастерской ничего ценного она не держала. Абсолютное большинство картин хранилось в Императорской картинной галерее и других музеях под патронажем Его Величества, так что даже в такое время находились в гораздо большей безопасности, чем автор.

Пару дней Софи занималась тем, что приводила в относительный порядок хотя бы несколько помещений. 'И как домохозяйки могут постоянно заниматься этим' — думала она в процессе трудовой деятельности. Впрочем, попытка прибраться содержала в себе и приятные моменты. Наткнулась на сейф, куда лет пять не заглядывала. Явно пытались вскрыть. Но мастерская не зря на эмблеме герб имеет. Или же времени медвежатникам-любителям оказалось маловато. Кодов Софи не забыла. Внутри обнаружились бесполезные в настоящий момент украшения (место им в алмазном фонде, то есть вряд ли их сейчас продашь, а наденешь — убьют запросто) и несколько пачек крупных купюр (крупными были лет пять назад, а из-за инфляции 'похудели' пачки раз в десять). Ну, как говорится, на безрыбье… 'Если удастся из бардака выбраться, а сестренкина компания заводы не национализирует, пожалую фирме право мой большой герб на эмблеме иметь. Лучший способ рекламы в нашей помойке! '.

А когда дети есть хотят, не попривередничаешь.

Как-то поутру объявился императорский курьер, да не с чем-нибудь, а с тем самым пропуском на однократную поездку в столицу от новой власти, и чем-то вроде въездной визы на территорию императорского 'государства' от него лично.

С курьером прибыла и представительская машина с соответствующим эскортом, но Софи из соображений хамства заявила, что поедет на своей. А мотоциклистам велела убираться с полным объяснением маршрута. Хотя и не виноваты они ни в чём.