— В каком смысле?

— Ну, вы, наверное, знаете, как устраиваются династические браки: засылаются сваты с портретом кандидата, условия обговариваются между родителями или опекунами, так что будущие супруги встречаются друг с другом только на свадьбе. Старик Хогарт, видимо, посчитал, что если на портрете будет писаная красавица, охотников жениться на полукровке будет больше.

— Ерунда какая, — фыркнула я. — У Ники совершенно нормальная внешность. А родословную масляными красками не замажешь.

— Абсолютно с вами согласен, — весело кивнул мужчина. — Но если повстречаетесь с мастером Хогартом — лучше не поднимайте эту тему. Он болезненно обидчив и к тому же души не чает в девочке. Впрочем, здесь ее все любят.

— Да? — удивилась я. — У меня сложилось впечатление, что Ника страдает от одиночества.

— Это действительно так, — Сэнтар печально вздохнул. — Она здесь вроде дочери полка: каждый норовит пожалеть, погладить по головке, сунуть конфету. А в шестнадцать лет такой уровень общения, сами понимаете, уже не удовлетворяет.

Со стороны коридора донесся приглушенный крик:

— Юлькаааа! Ты здесь?

— Ой, — спохватилась я. — Вот балда. Я же никому не сказала, куда ушла, а ребята, наверное, волнуются. Вы меня извините, я пойду.

— Конечно. Было очень приятно с вами познакомиться, Юлия. Надеюсь, еще увидимся: я здесь довольно часто бываю.

Петляя между кустами и перепрыгивая через клумбы с экзотическими цветами, я добежала до открытого окна. Там меня уже поджидал недовольный Женька.

— Юлька, где тебя черти носят? — сердито спросил он, помогая мне перелезть через подоконник. — Другого времени для прогулки не могла найти? Лорд Дагерати ждет.

От моего приподнятого настроения моментально не осталось и следа.

Предчувствие не обмануло: вечер выдался на редкость отвратительный. Разумеется, до такого варварства как пытки герцог не опустился. Но я ничуть не сомневалась, что причиной этому гуманизму послужило не врожденное благородство главы Канцелярии, а мое благоразумие: в первую же минуту разговора я изъявила готовность честно отвечать на поставленные вопросы и вообще оказывать следствию всяческое содействие. Лорд Дагерати, надо отдать ему должное, вел себя в высшей степени учтиво, ни разу не позволив себе повысить голос, но его дотошность заставила бы взвыть даже надгробную плиту. Когда я, наконец, рухнула в постель, было уже далеко за полночь, и у меня не осталось сил даже на традиционное проклятье в адрес вероломного красавчика барда, который втравил меня в эту авантюру.

К счастью, кошмары не снились — я всю ночь проспала, как убитая. Но все равно, когда утром меня разбудил стук в дверь, настроение было далеко от радужного. Невероятным усилием воли я подавила желание запустить в источник беспокойства подушкой и огласить список из всех двадцати сугубо нецензурных эпитетов, которые пришли мне в голову. Но лаконичное «Кто там?» постаралась произнести таким тоном, чтобы нежданный визитер самостоятельно воспроизвел этот список и ретировался с максимально возможной скоростью. К моему разочарованию, из-за двери послышался не удаляющийся топот, а до отвращения жизнерадостный голос:

— Гэндальф Серый, конечно. Кто еще может стучаться в твою дверь в полдесятого утра? Вставай, светлое будущее проспишь.

— А не пошел бы ты, Гэндальф Серый, в… морийскую бездну. Говорят, очень способствует просветлению.

— Я уже там был. Не помогло, как видишь.

— Я ничего не вижу. Я сплю. Уйди, слуховая галлюцинация.

— Я велел накрыть завтрак на троих, — бодро сообщила слуховая галлюцинация. — Мы тебя ждем.

Я все-таки запустила в дверь подушкой. Но было уже поздно: сон безвозвратно ушел.

Когда я, одетая, умытая и слегка повеселевшая, вошла в комнату к приятелям, там меня действительно ждал щедро накрытый стол, однако хозяев за ним не наблюдалось. Лишь через несколько секунд я заметила Вереска: он стоял у окна и пристально разглядывал что-то в дворцовом парке.

— Доброе утро, Юлия, — рассеянно поздоровался он, не отрываясь от своего занятия, — присаживайтесь. Женя в ванной, сейчас выйдет.

— А откуда вы знаете, что это я?

— Слышал, как вы выходили из своей комнаты.

Вереск выбрался из-за тюлевой занавески и бросил на меня насмешливый взгляд:

— Разочарованы? Вы думали, я тщательно скрываю от вас магические способности?

— Угу, — со вздохом призналась я. — Вы же как-то узнали о присутствии Архимагистра до того, как мы с Женькой увидели его.

Полуэльф устроился за столом напротив меня, окинул взглядом стол, выбирая блюдо по вкусу.

— Рискую вас разочаровать еще больше, но разгадка до крайности банальна: я его услышал. За мгновение до материализации объекта телепорт издает весьма характерный звук. А поскольку в комнате после этого никто не появился, я догадался, что это верховный маг. В Карантелле найдется не так уж много магов, которые способны перебить сигнализацию на невидимость высокого уровня.