Чуть коснёшься ты струны послушной —Чудо! — то, как статуя, бездушный,То бесплотный, молча я стою.Смертью, жизнью — всем ты завладела.Словно Филадельфиа, из телаДушу исторгаешь ты мою.Мир, как будто зачарован,К звукам сладостным прикован.Обрывая дней полёт,Полноту блаженства пьёт.Самый воздух, замирая,Чутко внемлет песням рая.Как меня твой дивный взор —Всё пленяет звуков хор.Вот они, как в сладострастной буре,Гимном счастью вознеслись, —Так новорождённые, в лазури,Ангелы стремятся ввысь,Так из тьмы, где Хаоса владенья,В грозовую ночь миротвореньяРоем огненных шаровИзвергались тысячи миров.Звуки льются, то журча украдкой,Словно ключ по гальке гладкой,То сильны, как бурный вал,Бьющий в твердь гранитных скал;Грозны, как гром, что в оркестр ураганаМощно врывается гулом органа,Смутны, как ветер веснойВ липовой чаще,Дышащий негой ночной,Томный, пьянящий.Горестны, как полный грустных пенейРопот сожалений в той ночи, где тениБродят, плача, где КоцитВолны слёз в глухую даль стремит.Дева, молви! Не сошла ль ты с неба,Вестница возвышенная Феба?Не в Элизии ль возникТвой божественный язык?
