— Я планирую заняться этим в ближайшее время, пока буду добираться до эльфийских лесов, как раз в той стороне достаточно безлюдно.

— Похвально, что вы знаете свои недостатки, — похвалил меня Ротт с усмешкой, — большинство просто не обращает на это внимание и гибнут, провалив испытание. Кстати, небольшой совет из личного опыта — поскорее обзаведитесь другим именем или кличкой, при обучении на этом не заостряют внимание, но, зная полное имя, тем более на языке богов, можно сильно навредить даже ангелу. Наши имена несут в себе большую силу, их даже можно использовать в вербальных компонентах заклинаний.

— А нам про это не рассказывали, — удивился я.

— Все дело в том, что при вашем обучении учитывают наиболее вероятные опасности, с которыми вы, возможно, столкнетесь, если учитывать все, то парой циклов не обойтись. А нужные выводы можно получить и самому.

— Это как же? — хмыкнул я.

— При создании артефакта, — Ротт кивнул на костяную перчатку, — использовалось ваше истинное имя как владельца и если когда-нибудь вы переподчините ее другому существу, то перчатка не даст использовать и половины своих возможностей, истинная сила будет проявляться только в руках создателя.

— Возможно, так и есть, но кто из смертных сумеет воспользоваться божественным языком, ведь он просто выжжет им разум?! — ха, да для смертных это чистое самоубийство, разве что это возможно для титанов, так то первая раса этого мира, и сравнить нельзя.

Ротт печально покивал головой:

— Я тоже так раньше думал, на чем и попался, оказывается, жрецы других богов имеют защиту от этого воздействия на разум, чем и пользуются, накладывая проклятия. Пришлось на жреца, проклявшего меня, устраивать настоящую охоту, ведь смерть наложившего лучшее лекарство.

Мечтательно улыбнувшись воспоминаниям, ангел немного помолчал, наблюдая за угасанием свечения на кристаллах, затем вынул оба из магического устройства, свой с цепочкой сунул в один из карманов на жилетке, а мой положил на прилавок.

— Теперь осталось вставить его в оправу, и полноценный кристалл памяти будет готов. Оправу можно заказать в соседней лавке у гнома.

Забрав кристалл, я попрощался с Роттом, уверив его, что, несомненно, последую всем его мудрым советам, и вышел на улицу.

Прав был Криос насчет любви этого ангела к поучению младших сородичей, прямо как обратно в Академию на занятия вернулся.

Солнце уже начало заходить, но лавки были еще открыты, поэтому я отправился в соседнюю гномью лавку «Горг и сыновья”. Как только я открыл дверь и вошел ко мне тут же подскочил молодой, судя по ауре и тридцати циклов не разменявший, гном с короткой бородкой, так же служащей показателем молодости.

— Что желает господин маг? — Похоже, это и есть тот самый один из сыновей.

— Мне приобрести легкую кольчугу для магов и сделать оправу для магического кристалла, — ответил я, призывая бляшку ученика Обители и оглядывая просторную лавку.

По периметру всей лавки были расставлены стойки с различным оружием и чучела с доспехами, чего тут только не было, начиная с простых мечей и кинжалов различного размера и вида, заканчивая боевой косой и металлической удавкой. Пока я рассматривал выставленную на показ гору оружия, гном проворно юркнул в неприметную дверцу в дальнем углу и через несколько мгновений оттуда показался сам мастер оружейник, щеголяющий роскошной черной бородой до середины груди, на лицо точная копия молодого. Осведомившись, он ли будет Горг и получив подтверждение, я повторил свой заказ, вручив кристалл гному.

— Уважаемый маг, ваш заказ будет исполнен со всей возможной скоростью, — степенно обратился мастер ко мне.

— Криос упоминал, что у вас есть подходящие кольчуги совместной работы, можно взглянуть?

— Сию минуту, ваше магичество, — гном развернулся к дверке и гаркнул, — Барни, тащи сюда магическую кольчугу, которая безразмерная.

На зов выбежал еще один гном, столь же похожий на мастера, таща в руках сверток ткани, который и вручил Горгу.

— Вот она, красавица, совместная работа наших мастеров и ваших магов, — с гордостью произнес он, достав кольчугу из свертка и развернув ее, показал мне.

Надо признать, причина для гордости была очень даже значительная, выставленная на обозрение кольчуга, несмотря на внешнюю хрупкость, была мастерской работой, способной выдержать и сокрушительный удар боевого топора, двойное плетение мелких колец не пропустит любой колющий удар, а магия не позволит разрушиться металлу при рубящем.

— Действительно отличная работа, — признал я, — сколько с меня?

— С магов из Обители мы берем всего пятьдесят золотых, — сообщил гном, — только приложите свой знак сюда.