— У нас есть время. Переброска Кобольда, да и всех остальных займет не меньше двух-трех дней. За это время мы успеем найти тех, кто похитил хаос-генератор и вернуть его Арбитру. Если мы будем действовать быстро, то никто ничего не успеет понять.

— А если мы не успеем? Если эти тупые засранцы выложат объявление в сеть раньше? Что будет, Коля?

— Риск есть, но он стоит того…

— Что кроме денег мы получим? Спасибо от Арбитра? Крепкую дружбу со Снеговиком?

— Нечто большее — секрет автономности полиморфов.

— И что мы будем с этим делать? Слепим пару десятков «эй-ай» и выбросим на рынок? Пойдем к техам Холма и расскажем им, как словить полиморфов? Не смеши меня, Коля. Мягко говоря, это не совпадает с маркетинговой стратегией нашей компании.

— Ты не понимаешь…

— Знаешь, что я понимаю?! Что ты давишь ежа чужой жопой?! В городе будет Кобольд, это значит, что наверняка будет свалка. Ты на передний край не пойдешь, руководить останешься, а ребята будут шкурами рисковать. Ради чего? Ради того, что ты хочешь удовлетворить свое любопытство за счет компании? Коля, да, в конце концов, мы строили эту компанию вместе, и ты помнишь, через что нам пришлось пройти… И ты прекрасно понимаешь, как может ударить по нам любое неосторожное движение!

Шершень не ответил.

— Я дам санкцию. Дам техов, оперов, оборудование. Три усиленных группы. Но ты мне заплатишь.

— Что?

— Что слышал. Если ты так уверен в деле, то подкрепи это. Только не рассуждениями о неких эфемерных выгодах для компании, а конкретными вещами.

— Что ты хочешь?

— Двадцать процентов от доли в бизнесе.

На какое-то мгновение Шершню показалось, что он на переговорах с жестким клиентом, у которого он сорвал график выполнения работы уже в пятый раз и сейчас они говорят о санкциях. Почему-то в сознании вдруг всплыл зал ожидания в аэропорте Чан-Ги. Легкая прохлада после тяжелой влажной жары города. И слово «шанс», короткое и бьющее адреналином. Он медленно поднялся с кресла и отошел к окну. Еще вчера эти выходные представлялись совсем по-другому. Как и многие другие до этого. Жизнь, как цепочка из неопределенностей и неожиданностей, минут, в которые нужно принимать решения и действовать быстро.

На другой стороне кто-то увлеченно играл в снежки.

— Пятьдесят процентов.

— Что? — пришла очередь удивляться Роману.

— Я отдам тебе пятьдесят процентов своей доли тебе. Тебе лично. Но если я узнаю что-то про автономность, то этот интель будет моим. Те двадцать, которые ты хочешь — получишь сегодня. Я готов оформить сделку прямо сейчас.

— Коля, неужели это так важно для тебя?

— Да.

— Ты уверен?

— Давай не будем терять время.

Киев, Русановская набережная, 19 января 2019 года, 11–45

Звонок продолжал натужно звенеть и после каждого перерыва, монотонное зудение становилось все длительнее. Но самое противное случилось потом. Женский голос, на идентификацию которого ушло не меньше минуты, лениво произнес откуда-то из-за спины.

— Андрей, кто это?…

«Хороший вопрос, сначала бы неплохо вспомнить, кто ты».

Джип понял, что это не занудливый сосед, и отлежаться, не получиться. Он открыл глаза и повернулся в сторону, откуда раздался женский голос. По изгибу голого, смуглого и соблазнительно крутого бедра, едва прикрытого простыней, определить имя было затруднительно, поэтому он ограничился фразой общего порядка:

— Это мой партнер, зайка. Деловая встреча.

— В субботу?

Джип посмотрел на часы, висевшие над дверью спальни.

— Вообще-то уже почти полдень, дорогая…

Звонок продолжал бить по нервам, как бор стоматолога по непульпированному зубу. На объяснение того, кто торбит его в такую, в принципе, рань, Джип мог догадываться долго. Коммуникатор лежал там, где ему и положено лежать, на тумбочке около кровати. Он включил экран и вывел на него изображение с камеры над входом в квартиру.

«Какого хрена?…

— Одевайся, зайка.

— Я хочу спать…

Вспомнил. Лера. Грубить не надо, девка не глупая, обидеться может. Не глупая, но послушная, поэтому надо быть вежливым и настойчивым.

— Одевайся, Лерочка. У меня гость.

Натянув трусы и спортивные штаны, Джип вышел из спальни, пересек коридор и оказался у входной двери.

Шершень стоял у двери, зажав во рту сигарету и копаясь в карманах пальто в поисках зажигалки.

— Че так долго?

— Я не один…

— А…, извини.

Шершень улыбнулся. Джип улыбнулся в ответ. Повисло неловкое молчание. Шершень вытащил сигарету и вытянул обе руки вперед, как бы показывая проход.

— А, да, заходи… — опомнился Джип.

Скинув пальто и сапоги гость взглядом вопросительно посмотрел на Джипа. Тот неуверенно спросил:

— Кофе будешь?

— Угу.

— Тогда на кухню.

В спальне кто-то довольно шумно возился в шкафах.

Джип запустил кофеварку и вышел. Вернулся он в спортивной майке на голое тело, на ходу завязывая бандану с игривыми черепками.