— Сначала я скажу, что у нас есть, а потом — что нам нужно.

— У нас имеются письменные под присягой показания членов профсоюза шоферов-тимстеров о проникновении красных в УАЕС — профсоюз актеров, статистов и рабочих сцены. Мы сопоставили список активистов комми со списком членов УАЕС, в обоих списках масса одних и тех же фамилий. Мы сделали копии с просоветских фильмов, выпущенных во время войны, — чистой воды красная пропаганда, и это дело рук членов УАЕС. У нас есть «тяжелая артиллерия», о чем я скажу минутой позже. Я уже сделал запрос ФБР и в ближайшее время надеюсь получить оттуда сделанные скрытой камерой снимки красных: на них заправилы УАЕС в тесном кругу с видными членам компартии и теми, кого допрашивали в Конгрессе в связи с делом Сонной Лагуны еще в 43-м и 44-м. Отличный убойный материал, серьезная зацепка.

— Дело Сонной Лагуны может обернуться против нас, — сказал Мал. — Осужденные ребята оказались невиновными, настоящего убийцу так и не нашли, и это дело получило широкую огласку. Республиканцы заявили протест. Тут нужен другой подход.

Дадли Смит затушил сигарету в чашке с недопитым кофе:

— Нет, сынок, они были виновны. Все семнадцать. Я знаю это дело. Они забили Хосе Диаса до полусмерти, приволокли к лагуне и раздавили колесами старого драндулета. Обычные разборки на почве страсти — за пачукос [12] это водится. Диас ухлестывал за сестрой дальней родни одного из компании. Знаете, как эти латиносы устраивают браки со своей же родней и плодят детей. Потому они все и вырожденцы.

— Это было состряпанное дело, лейтенант, —вздохнул Мал, — как раз накануне заварухи из-за восстания зутеров , тогда все помешались на этих мексиканцах. И помиловал ребят тогда губернатор от республиканцев, а никакие не комми. Смит глянул на Лоу:

— Наш друг предпочитает мнению товарищей-офицеров журналистские сплетни. А потом мы услышим, что в избиении несчастных латинов во время заварухи виновен наш департамент. Должен добавить, что все это — надоевший треп краснозадых.

Мал протянул руку к тарелке с булочками и стал говорить твердо, чтобы этот ирландский детина понял, что его никто не боится:

— Нет, это надоевший треп полиции. Я тогда работал в управлении, и там мне коллеги, проще говоря, прямо назвали это дело дерьмом. Кроме того…

— Джентльмены, прошу вас, — громко оборвал их Лоу и вовремя: Мал почувствовал, что голос его теряет твердость. Он успел перевести дух и теперь холодно смотрел на Дадли Смита. Тот вежливо улыбнулся:

— Не будем спорить из-за дохлого мекса, — сказал Дадли Смит и протянул руку.

Мал пожал ее, а Смит подмигнул.

— Так-то лучше, — сказал Эллис Лоу. — Кто там был виновен, к делу это теперь не относится. Суть в том, что подрывные элементы все время муссируют тему Сонной Лагуны в своих целях. Вот на что нам следует обратить внимание. Догадываюсь, что вам не терпится отправиться домой к семьям, а потому на этом хочу закруглиться. Ваша задача — обеспечить то, что федеральные власти называют «свидетелями в пользу выставившей стороны» — тех членов УАЕС и прочих леваков, кто желает очиститься от былых связей с комми и может назвать нужные нам имена. Вам следует исходить из того, что прокоммунистические фильмы, снятые этими профсоюзниками, были продуманным заговором, сознательной пропагандой в целях внедрения коммунистической идеологии. Вам нужно получить доказательства территориальной подсудности — то есть что эта подрывная деятельность проводилась в самом Лос-Анджелесе. При этом могут быть затронуты интересы некоторых влиятельных людей — этого не избежать. Что многие кинозвезды Голливуда — попутчики красных — общеизвестно. Это обстоятельство может стать… Лоу замолчал.

— Источником средств? — подсказал Мал.

— Да. Именно так, хоть и звучит цинично. Вижу, что вам нелегко открыто выразить свои патриотические чувства, Малкольм. В данном деле вам не мешало бы проявить больший пыл.

Мал вспомнил, как ему рассказывали, что Микки Коэн перекупил руководство восточного отделения тимстеров Лос-Анджелеса у одного бывшего гангстера, которому требовались деньги для игорного бизнеса в Гаване.

— Микки К. может подкинуть баксов, если городские власти не раскошелятся, — начал Мал. — Точно знаю, он будет рад вытурить уаесешников и толкнуть туда своих ребят. В Голливуде можно неплохо заработать.

На лице Лоу вспыхнул румянец. Дадли Смит побарабанил по столу костяшками своего кулачища:

— А наш друг Малкольм быстро соображает. Верно, сынок. Естественно, Микки хотел бы устроить на студиях своих ребят, а студии ждут не дождутся, чтобы избавиться от профсоюзников. Это не меняет дела: в УА.ЕС красных пруд пруди… А знаешь, сынок, однажды мы с тобой едва не стали коллегами?

Мал вспомнил: в 41-м, когда он получил сержанта, Тад Грин предложил ему перевод в оперативники. Мал отказался. Его не привлекала перспектива гоняться за вооруженными грабителями, вламываться в дома с пистолетом наготове, поджидать автобус с уголовниками из Сан-Квентина [13] и рукоятками пистолетов «обламывать» крутых ребят, приводя их к покорности, — этакая полицейская «дипломатия канонерок». На этой работе Дадли Смит угробил четверых.

— Мне хотелось остаться в отделе нравов.

— Я тебя понимаю, сынок. Меньше риска, больше шансов на продвижение.

Об этом давно поговаривают: Мал Консидайн, сначала патрульный, потом сержант, лейтенант, сотрудник управления полиции и следственного отдела прокуратуры, не хочет пачкать руки. Когда его, еще новобранца, направили в участок Семьдесят седьмой улицы — в гнездо негритянской мафии «Конго», — он испугался и сбежал оттуда. Малу стал интересно: знает ли Дадли Смит историю газовой камеры Бухенвальда:

— Верно. Мне казалось, что там я ничего не выиграю.

— Про наш отряд болтают разное, но там, сынок, ты был бы на месте. Кое-кто думал иначе, но ты сумел бы их переубедить.

«Намекает на старую сплетню», — подумал Мал.

Глянул на Лоу и сказал:

— Давайте ближе к делу. О какой тяжелой артиллерии вы говорили?

Лоу переводит взгляд с Мала на Смита и обратно:

— У нас есть два хороших помощника. Один — бывший фэбээровец Эдмунд Дж. Саттерли. Он возглавляет группу «Против красной угрозы». Группа на договорных основах обслуживает корпорации и выявляет, если можно так выразиться, «остро мыслящих» работников в развлекательной индустрии. Она проверяет наличие у нанимаемых на работу коммунистических связей и помогает отсеивать подрывные элементы, которые уже могли там завестись. Эдмонд — специалист по коммунизму и будет вас инструктировать, как наилучшим образом собирать улики. Другой — психиатр, доктор Сол Лезник. С 40-х годов был доверенным лицом компартии в Лос-Анджелесе и уже несколько лет работает на ФБР. Мы получили доступ ко всем его досье; там все шишки профсоюза УАЕС со всем их грязным бельем с довоенного времени. Тяжелая артиллерия.