— Инспектор знает все! — улыбнулась полицейская.

— Ах, ну да. Спасибо вам!

— Нечего им спасибо говорить, Шэрон! — сказал Кевин, окинув взглядом сидящих в машине.

Шэрон посмотрела на него — и увидела только ненависть. Тогда она отвернулась и направилась к квартире Келли. Кевин шел следом, и в голове его царил первозданный хаос.

— Шэрон! Кевин! Как дела? — улыбающаяся Келли встретила их на пороге, но ее улыбка исчезла, когда она разглядела выражение лица Кевина. — Заходите, располагайтесь, ты знаешь где, Шэрон.

— Спасибо, Келли. Мы тебя ни от чего не отрываем?

— Нет, серьезно. Помогать друзьям — дело святое. — Она подождала, пока Кевин прошел в гостиную, и схватила Шэрон за рукав. — Слушай, у Кевина все в порядке? — прошептала она.

— Я не знаю. Надеюсь, что да. Он злится, что ему пришлось сдать Ли полиции.

— Ты только не сердись на него. Но это нужно было сделать. Ли стал самым настоящим животным. Кевин намного лучше.

Келли была шумной лондонской девчонкой, она выросла в Ист-Энде и могла постоять за себя. Она всегда говорила, что думает и поступала соответственно. Глядя на нее, было сложно поверить, что она — секретарша большого начальника из одной из крупнейших рекламных компаний в городе.

Рабочую неделю она ходила в костюмах от Chanel с собранными в пучок волосами, а на выходные распускала волосы и одевалась в Stone Island и Armani. В субботу днем она обедала в элитном ресторане, а ночью ее можно было встретить в самых модных клубах Лондона.

С Шэрон они познакомились несколько лет назад в шейпинг-клубе. Они сразу подружились и оставались подругами до сих пор. Когда они вошли в гостиную, Кевин сидел в кресле, апатично уставившись в стену.

— Как насчет кофе? — спросила Кслли. — Или чего-нибудь покрепче?

— Я не хочу, спасибо. Кевин?

Молчание.

— Мы, наверное, спать ляжем, — сказала Шэрон.

— Ладно, тогда до завтра. Спокойной ночи!

Шэрон присела к Кевину на коленки и посмотрела ему в лицо.

— Кевин! Ты в порядке?

— Да. Нет. Хуй знает!

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет, этого ублюдка Уэлша даже и вспоминать не хочу!

— Такой ты мне не нравишься.

— Какой «такой»? Заебанный?

— Ну, можно сказать и так.

— Я себе тоже не нравлюсь. Никогда не думал, что способен на такое. Добровольно пойти в полицию и настучать на Ли. Даже не верится!

— У нас не было другого выхода, на самом деле, — сказала Шэрон, изо всех сил стараясь успокоить Кевина.

— Да, наверное.

Шэрон уже полулежала на его коленях.

— Я думал, мы спать собираемся?

Шэрон встала, улыбнувшись. Выключила большой свет, оставив только светильник на тумбочке. Потом начала раздеваться.

— У нас даже белья нет, — сказал Кевин.

— Это что, проблема? Мы же спать идем.

Кевин улыбнулся, и лицо Шэрон растянулось в ответной улыбке. Она была рада вновь видеть улыбающегося Кевина. Грациозно скинув топик и джинсы, расстегнула бюстгальтер и скинула трусики.

Кевин наблюдал за ней, сидя в кресле. У нее была волшебная фигура. Ни грамма целлюлита!

Шэрон заметила его взгляд и остановилась в позе модели.

— Тебе нравится то, что ты видишь?

— Да, конечно, когда нам разрешают смотреть!

Засмеявшись, Шэрон устроилась на диване.

— А ты спать не будешь?

— Иду.

Он медленно поднялся и начал раздеваться, только был при этом не так аккуратен со своей одеждой, как Шэрон. Он просто свалил ее в кучу на пол.

В Кевине Шэрон нравилось абсолютно все. Загорелое тело, темные волосы и красивые глаза.

Он нырнул под одеяло, и Шэрон тут же придвинулась к нему. Она слишком устала, но когда посмотрела на него, то увидела, что его глаза смотрят куда-то в потолок.

— Ты бы поспал, — сказала она, нежно глядя на него.

— Не могу.

Шэрон подвинулась ближе, положив голову на его плечо.

— Я правда все сделал как надо? — спросил он, все еще глядя в никуда.

— Да! Именно как надо! — Она заглянула ему в лицо снизу вверх. Он попытался улыбнуться.

— Потому что иначе жить дальше не имеет смысла.

Он обнял се, положив ее голову себе на грудь. Он перебирал пальцами ее светлые волосы, красиво разметавшиеся по его телу. Шэрон поцеловала его грудь, положила руку на нее.

— Когда все закончится, мы могли бы куда-нибудь уехать.

— Заслуженный отпуск, да?

— Вообще-то я имела и виду уехать насовсем.

— Да? А куда?

— Да куда угодно! Торопиться ведь нам некуда, правда?

— Ага.

Он обнял ее крепче; она вздохнула, усфапваясь поудобнее. Кевин поцеловал ее в макушку. Он слишком устал для чего-то большего. Не то, чтобы он не хотел, скорее просто не мог.