Капитан «Ареса» Гаррисон оторвался от телескопа.
— Осталось две недели, — заявил он. — Противостояние Зем— ли и Марса продолжается около семидесяти суток, и мы должны обязательно стартовать в этот срок. Иначе придется ждать полтора года, пока старушка Земля не сделает круг и не вер— нется на прежнее место. Или вы хотите провести здесь марси— анскую зиму?
Дик Ярвис вздрогнул и поднял взгляд от блокнота.
— Лучше уж зимовать в контейнере с жидким гелием, — отоз— вался он. — Я сыт по горло и летними ночами с температурой минус восемьдесят.
— Стало быгь, первая успешная экспедиция на Марс скоро завершится, — констатировал капитан.
— Она станет успешной только после того, как мы вернемся домой, — поправил капитана Ярвис. — Что-то я перестал дове— рять ракетам после того, как шлепнулся в пустыне. Хотя пешая прогулка по Марсу доставила мне массу новых впечатлений
— Хорошо, что ты об этом напомнил Надо бы отыскать твои пленки. Если мы хотим что-то заработать, то они нам просто необходимы Помните, как расхватывали первые фотографии Луны? Да за нашими снимками будут выстраиваться километровые оче— реди! Как, впрочем и за исключительными правами на радиоре— портажи. Может, и для Академии что-то заработаем?
— Меня больше интересует моя собственная выгода, — вме— шался Ярвис. — Можно написать книгу. Записки о путешествиях всегда были популярны. Как вам нравится название «Пустыни Марса»?
— Никуда не годное, — пробурчал капитан. — Кого интересу— ют пустыни? Вот если бы ты назвал книгу «Сексуальная жизнь марсиан»…
Ярвис расхохотался;
— Как бы там ни было, если мы вернемся на Землю, меня больше в космос не выманишь. Буду зарабатывать на чем смогу. После этого иссохшего и смерзшегося шарика я гораздо сильнее полюбил родную планету.
— Готов биться об заклад, что через два года ты как ми— ленький вернешься сюда, — капитан улыбнулся. — Тебе наверня— ка захочется повидать своего приятеля — «страуса».
— Твиля? — Ярвис посерьезнел. — Жалко, что я потерял его в прошлый раз, он так хорошо знает местность. Если бы не он, не уйти бы мне живым из лап оборотня! А битва с «бочонками»? Я даже не успел его поблагодарить,
— Хороша парочка натуральных идиотов, — проронил Гарри— сон. Он посмотрел в иллюминатор на хмурое Киммерийское Море.
— А вот и солнце Слушай, Дик, бери-ка ракету и лети с Лероем за снимками.
— С Лероем? — недоуменно переспросил Ярвис. — А почему не с Путцем? Если с ракетой что-нибудь случится, только инженер сумеет доставить нас обратно.
Капитан указал на корму, откуда доносились удары молотка и проклятия инженера.
— Путц занят «Аресом», — пояснил капитан. — Он должен пе— ресмотреть каждый винтик. После отлета ремонтировать будет уже поздно.
— А если мы упадем? Ведь это наша последняя исследова— тельская ракета!
— Найдете «страуса» и прогуляетесь пешком, — проворчал капитан. Потом он улыбнулся: — Если что-нибудь случится, мы прилетим за вами на «Аресе». Нам очень нужны эти снимки.
Он позвал биолога.
— Ты с Ярвисом полетишь к месту прошлого падения его ра— кеты, — распорядился Гаррисон. — Можете стартовать прямо сейчас. Связь каждые полчаса, я буду ждать.
Лерой сверкнул глазами.
— Можно сделать несколько посадок для сбора образцов?
— Если вам так хочется… Ничего опасного в округе как будто нет.
— Если не считать оборотней, — вполголоса сказал Ярвис и невольно вздрогнул. — Капитан, раз уж мы летим в ту сторону, может, стоит поискать дом Твила? По-моему, Твил — это самое интересное из всего, что мы встретили на Марсе.
Гаррисон заколебался:
— Если бы я был уверен, что вы не ввяжетесь в какие-ни— будь неприятности… Да ладно, я согласен. Пища и вода в ра— кете есть, можете на пару дней задержаться. Но не забывайте о связи!
Ярвис и Лерой вышли через шлюз на серую равнину. Холодный разреженный воздух колол легкие и открытые части тела как иголками. Астронавты постепенно приспосабливались к марсиан— ской атмосфере — помогали месяцы тренировок в барокамере. Ярвис слышал свое хриплое дыхание, лицо француза приобрело синеватый оттенок. Через несколько минут неприятное ощущение прошло, и астронавты поднялись . на борт исследовательской ракеты, стоявшей неподалеку от черного корпуса «Ареса».
Огненный вал обратил в прах почву под ракетой. Гаррисон проводил ракету взглядом и вернулся к своим делам.
Ракета вернулась через три дня. Случилось это под вечер, она прилетела с юга и медленно опустилась на огненном стол— бе. Ярвис и Лерой устало вылезли из люка и неторопливо нап— равились к капитану. Гаррисон смотрел на друзей и не очень-то узнавал их. Ярвис походил на нищего оборванца, а от былой элегантности француза не осталось и следа. Биолог был даже бледнее Фобоса, который как раз поднимался над горизон— том. Мало того, что француз одет в лохмотья, его левое плечо было обвязано термомешком. Но больше всего капитана поразили глаза Лероя. В них затаился страх, что тем более странно, ведь Лерой отнюдь не был трусом. Но если страх еще можно бы— ло как-то оправдать, то как объяснить абсолютную неподвиж— ность его взгляда, как у человека, погруженного в состояние транса или экстаза? Так мог выглядеть тот, кто увидел бы рай и ад одновременно. Впоследствии выяснилось, что капитан был не так уж далек от истины.