– Славные подруги догадливы.
– Демиург грустно улыбнулся.
– Я не могу... Что ты решила?

Раздумья были сродни неподвижному прыгуну. Или беззубому гиппоцету.

Нава с сожалением посмотрела на город:

– Я согласна.

И тут же здания поплыли, размазались. Исчезли джамперы, погасло голубое небо, расплылось мутным пятном солнце. Кругом возникла серая пустота.

– Счастья тебе!
– послышался откуда-то грустный голос демиурга.
– И не отяготиться им!

Нава промолчала: этот тип был ей уже ненавистен. Не оправдавший надежд. Муж, объевшийся груш... Ошибка. Как неподвижный прыгун. Или беззубый гиппоцет.

– Все равно я добьюсь своего!
– крикнула Нава в пустоту.

Ответа не было.

А потом пустота стала рассеиваться. Словно туман над Созидалищем. И когда рассеялась окончательно, рядом с Навой, источая полосы белесого пара, стоял и ждал приказаний голубой се... мертвяк.

– Все равно я добьюсь своего, - повторила Нава.
– Да простят меня демиурги!

И превратила мертвяка в исходную протоплазму.