— Мы еще ничего не решили, — спокойно ответила тетушка Ида. — Я молю Бога, чтобы тот дал бедняжке голос и слух, но Всемогущий глух к моим мольбам. Мы только надеемся, что, когда меня не станет, а Дебби выйдет замуж, Уолтер будет в состоянии следить за своим телом и душой и работать на этой земле. Другого выхода нет.

— Что ж, — осторожно продолжал Авдий, — у вас есть еще год или два, чтобы подумать о его обучении.

Тетушка Ида кивнула, будто соглашаясь, но Дебора ничего не ответила.

Стук в дверь прервал разговор. Никто не слышал, чтобы подъехала повозка или лошадь, но Дебора без страха подошла к двери, открыла ее и замерла.

На пороге стояли два высоких могучих индейских воина, одетых в набедренные повязки, ноговицы и кожаные рубахи. Лица их были раскрашены зеленой и желтой красками. У каждого были при себе лук, стрелы и каменный нож, но пока незнакомцы не делали ничего угрожающего.

— Это гуроны, и они пришли убить нас! — прошептала девушка.

Тетушка Ида встала, собираясь схватить стоящий у камина мушкет, а Уолтер снял со стены сковороду.

Только Авдий понял, что индейцы пришли с мирными намерениями и поспешно вмешался:

— Не знаю, из какого они племени, но, судя по раскраске, это не гуроны.

— Можете вы поговорить с ними? — спросила Дебора, пытаясь справиться со страхом.

— Попробую. Полковник Уилсон научил меня языку алгонкинов, который, как он объяснил, является исходным для всех племен на сотни миль вокруг.

Заткнув за пояс пистолет, Авдий подошел к двери. Скрестив руки на груди, воины шагнули внутрь, стараясь поменьше смотреть по сторонам.

— Что вы здесь делаете? — спросил священник.

— Мы посланцы сенеков, величайшего народа ирокезов, — ответил старший. — Мы пришли с миром.

— Тогда добро пожаловать, — произнес Авдий, как только составил ответную фразу.

Дебора и тетушка Ида по выражению его лица поняли, что он старается соблюдать осторожность, но беспокоиться не о чем.

— Мы принесли весть вождю вашего народа.

— Я отведу вас к нему, — сказал священник, а потом повернулся к женщинам и объяснил, о чем идет речь.

— Не ходите с ними, — испугалась тетушка Ида. — Как только стемнеет, они перережут вам горло.

— Думаю, что нет, — заметил Авдий. — Но в любом случае придется рискнуть. Мы впервые встречаемся с ирокезами, и для нашей будущей безопасности необходимо выяснить, зачем они прошли столь долгий путь.

— Что ж, — не успокаивалась тетушка Ида, — на вашем месте я не выпускала бы пистолет из рук и не поворачивалась к ним спиной.

Младший из воинов заметил Дебору и, не отрываясь, смотрел на прелестную девушку. На земле сенеков мужчина имеет право смотреть на женщину, которая ему нравится, хотя обращаться к ней до того, как она даст понять, что не имеет ничего против, считается невежливым.

Дебора без труда поняла смысл взгляда незнакомца и похолодела. Дикарь явно жаждал ее, и Деборе просто не пришло в голову, что он никогда не видел женщин со светлыми волосами и глазами, как у Ренно.

Авдий натянул куртку и достал из кармана шапку.

— Будьте осторожны, — сказала Дебора на прощание. Такая забота тронула молодого человека.

— Не бойтесь. Я смогу постоять за себя.

Дебора и сама удивилась, что не очень тревожится за него. Священник был силен, как любой фермер, а смекалкой мог сравниться с хитрыми дикарями. Впервые девушка подумала о том, что уважает Авдия Дженкинса скорее как человека, чем как духовника.

Священник поклонился дамам, потрепал по плечу Уолтера и повел нежданных гостей во двор, где была привязана его лошадь.

Авдий убедился, что поблизости нет других индейцев, оседлал лошадь и отправился в путь. Сенеки без видимых усилий бежали рядом, с интересом поглядывая на освещенный луной форт.

Но Авдий не собирался приближаться к главному оборонительному сооружению, а сделав небольшой крюк, привел сенеков к поместью Уилсонов.

Они прибыли как раз в тот момент, когда Том Хиббард сделал свой ежевечерний обход. Увидев индейцев, он немедленно вскинул винтовку.

— Они пришли с миром, Том, — крикнул Авдий. — Я привел их к полковнику.

— Кто они такие, черт бы их побрал? — Хиббард рассматривал зеленую и желтую раскраску.

— Сенеки.

Том присвистнул и подошел ближе.

Посланники, оставаясь невозмутимыми, вошли в большой дом белого вождя.

Джефри Уилсон, спускавшийся по широкой изогнутой лестнице, увидел индейцев и злобно нахмурился. Выражение его лица было настолько недвусмысленным, что воины ответили тем же, недовольными взглядами встречая безмолвный вызов.